Она открыла было рот, но потом только коротко кивнула. А я в этот момент развернулся и, не раздумывая, обнял Аню. Аня ответила мне сразу, легко и просто, будто ничего другого не ожидала.

Всё стало на свои места.

* * *

Всю субботу мы с Аней собирались на банкет. Нет, я не преувеличиваю. С самого утра, как только мы проснулись, начался этот хаос.

— Это слишком строго? — спросила она, оборачиваясь ко мне в тёмно-синем платье.

Я прищурился, глядя на неё и намереваясь выдать какой-то вердикт, но быстро понял, что неважно, что я отвечу. Главное — как.

— Красиво, — сказал я.

— Но, может, слишком консервативно? — нахмурилась она, разглядывая себя в зеркало. — Ладно, попробую другое.

Она скрылась за дверью, а я с облегчением выдохнул, надеясь, что на этом всё.

Как бы не так.

Спустя полчаса я уже знал, как выглядит каждый её наряд, от светло-бежевого до глубокого бордового, от лёгких летящих тканей до строгих линий.

— Как думаешь, это не слишком вызывающе? — Аня появилась в приталенном чёрном платье с открытыми плечами.

Я медленно вдохнул и выдохнул.

— Любое твоё платье будет привлекать внимание. По-другому и быть не может.

Она покраснела, но тут же нахмурилась, явно не удовлетворённая ответом.

— Может, лучше то, синее… Или красное…

Я бросил взгляд на часы.

— Ань, банкет через четыре часа.

— Да-да, я почти выбрала, — кивнула она и снова скрылась за дверью.

А потом настала моя очередь.

— Так, теперь ты, — заявила Аня, кидая мне на кровать два костюма.

Я скептически посмотрел на них.

— Один и тот же костюм. Два раза.

— Нет! Ну же, примеряй.

Я вздохнул, поднимая пиджак.

— Я бы вообще пошёл в повседневной рубашке.

— Даже не смей, — пригрозила она пальцем.

Пришлось мерить.

Спустя десять минут она критически оглядывала меня.

— Вот этот лучше, — вынесла вердикт. — Но галстук другой нужен. Возьми вот этот.

Я только кивнул. Главное, что процесс выбора завершён.

Когда, наконец, всё было готово, я взглянул на себя в зеркало. Костюм сидел и вправду хорошо. Непривычно, но… наверное, так и должно быть. Теперь я не просто работяга, и пиджак моя вторая роба.

А потом я посмотрел на Аню. Она выбрала тёмно-красное платье, которое подчёркивало её фигуру и делало взгляд ещё глубже.

Я не сразу нашёл, что сказать, просто смотрел.

— Что? — спросила она, поправляя волосы.

— Теперь на банкете все будут смотреть только на тебя…

Она улыбнулась.

— Пусть смотрят и завидуют. Я только твоя…

Я протянул ей руку.

— Ну, пошли, пора делать историю.

У входа во Дворец культуры толпился народ.

Мужики в новых рубашках, женщины в нарядных платьях.

— Чего это мы тут собрались-то? — буркнул кто-то, дёргая воротник рубашки, который давил.

— А ты не понял? Вон, сам директор пригласил, — ответил другой, кивая в сторону Васильича, который стоял у входа и здоровался с рабочими.

Я шагнул в зал, огляделся.

Столы ломились от еды — без изысков, но красиво, вкусно, по-домашнему. Вино, коньяк, закуски. Всё было приготовлено для людей, которые привыкли работать, а не сидеть в ресторанах.

— Такого на нашем заводе никогда не было, — пробормотал кто-то из стариков и чуть не перекрестился.

— Новая власть, новые порядки, — усмехнулся кто-то помоложе, но тут же стал озираться, будто взболтнул лишнего.