— Благодарю вас, милорд! — с чувством произнес Гай, потом встал на одно колено и поцеловал руку своему предводителю.

— Вставай, — улыбнулся Рольф. — Нам надо еще многое обсудить.

Гай молча кивнул, всем своим видом выражая преданность и внимание.

— С Кейдре нельзя спускать глаз ни на минуту!

— Знаю! — откликнулся Гай. — Но вы можете положиться на меня, милорд: больше она не причинит вреда ни вам, ни мне!

Рольф кивнул. Он знал, что Гай будет хорошо обращаться с Кейдре, и сильно сомневался в том, что юноше хватит решимости прищемить хвост этой саксонской лисе. Ну что ж, во всяком случае, если она забеременеет, это наверняка поубавит ей прыти.

От одной мысли об этом Рольфа передернуло, но он ничем не выдал себя.

Вскоре Гай покинул хозяйскую спальню, и Рольф крикнул слуге, чтобы ему подали вина. Он чувствовал себя чуть ли не победителем, так как только что разрешил почти неразрешимую проблему. Его главной проблемой была забота о благополучии Кейдре — и он прекрасно все устроил. Даже если ее снова уличат в измене — в качестве жены Гая ей больше не будет грозить виселица, хотя, конечно, ее придется посадить в тюрьму. Да, он поступил очень дальновидно, решив выдать ее за одного из своих рыцарей, а не за инородца. Теперь Кейдре не увезут из Эльфгара за тридевять земель, где он ее никогда не увидит!

В ту же секунду Рольф снова разозлился на себя. Какая разница, увидит он ее или нет — все равно она никогда не будет принадлежать ему. Он просто отдал ее самому достойному из своих рыцарей, чтобы спасти ее прелестную шейку от веревки палача. Гай — добрый и честный парень; он достаточно рассудителен и не будет бить свою жену. Рольф вообще терпеть не мог мужчин, срывавших зло на тех, кто был слабее, и уж тем более не позволил бы кому-то срывать зло на Кейдре.

И все же на душе у него скребли кошки. Он ревновал. Он представлял себе их первую брачную ночь. Гай молод, силен, он умеет быть ласковым и чутким — Рольф отлично знал это от шлюх, чьими услугами они пользовались вместе. Кейдре наверняка будет таять в его объятиях и стонать от удовольствия.

Ну и пусть! Теперь это его не касается!

Зачем ее позвали к хозяину? Кейдре терялась в догадках. Злорадная улыбочка на физиономии Алис не сулила ей ничего хорошего; следуя за сестрой на третий этаж, она с каждым шагом пугалась все сильнее.

Наконец ее привели в хозяйскую спальню. Рольф стоял спиной к двери и легко обернулся на звук шагов.

Кейдре ничего не могла с собой поделать: стоило ей глянуть на Рольфа — и тут же в памяти всплывала сцена на берегу ручья. Она была потрясена его грубым вторжением и в особенности интимным финалом их встречи, когда норманн был вынужден облегчить себя.

И вот теперь, стоя на пороге хозяйской спальни, Кейдре медленно краснела под пристальным тяжелым взглядом. Она невольно покосилась на его правую руку — и на выпуклость в паху, скрытую сейчас под складками одежды, но, опомнившись, вздрогнула. Теперь она больше всего желала убраться отсюда подобру-поздорову. Он следил за ней с едва заметной улыбкой и наверняка догадался, о чем она сейчас думает.

Напрягшись всем телом, Кейдре приготовилась к очередной словесной баталии.

— Ты выходишь замуж за Гая Ле Шана. Она вздрогнула.

— Завтра объявят о помолвке, а послезавтра свадьба. — Он не сводил с нее мрачного взгляда. — Считай, что тебе повезло.

— Нет! — Кейдре в замешательстве рванулась вперед.