— Ну? — настаивал Эндрю.

— Что ты хочешь услышать от меня? — голос прозвучал не так сурово, как бы ей хотелось.

— Скажи, что тут творится?

— Я бы и сама хотела это знать, Эндрю, — только и промолвила Саманта.

Кингстон предпочел не замечать, как расстроена Саманта, решив не поддаваться чувствам. «Компания грузовых перевозок» уже возместила ущерб фирме братьев Вентвортов. А теперь предстояло рассчитаться с «Альта-Маунт». Но этого уже не позволяли финансы. Если не удастся отыскать груз, придется несколько лет выплачивать долги.

— Разве не ты отправляла эти грузы? — он пристально смотрел на нее. — Кто еще, кроме тебя и заказчика, естественно, знал об этих рейсах?

— Водители, конечно, но…

— Итак, вас трое — ты, Макнейл и Клиари.

В его тоне не было ничего, кроме огорчения, но Саманта вдруг почувствовала себя без вины виноватой.

Она не верила своим ушам.

— Мы с Макнейлом и Клиари? — Саманта даже охрипла от обиды. — Ты всегда находишь козлов отпущения, если не можешь установить истинных виновников? Сейчас для этого лучше всего подходят диспетчер и двое водителей? — ее голос выдавал нечеловеческие душевные муки.

— Саманта, я совсем не это имел в виду!

Но она уже не слушала, продолжая медленно, но решительно:

— Меня не волнует, что ты обо мне думаешь. Но я не позволю тебе даже предполагать, что Макнейл и Клиари замешаны в краже. Это лучшие водители. Они работают в компании со дня ее основания. И когда другие начали поговаривать о создании профсоюза, именно Макнейл и Клиари заставили их отказаться от этой идеи. А когда у Ларри не было денег платить всем, Макнейл и Клиари всегда соглашались подождать. Пожалуйста, не губи их, как ты это сделал с Гайнором, только для того, чтобы не испортить свою репутацию!

Эндрю помрачнел, но прежде чем успел что-либо ответить, вошел Билл Гарретт.

Он ввалился в кабинет, как к себе домой, и, приветствуя Саманту, поцеловал ее в щеку.

— Что тебе здесь надо? — взвилась Саманта, с трудом сдерживая желание ударить его побольнее.

— Привет, Кингстон, — невозмутимо продолжал Билл.

Кингстон холодно ответил на приветствие и устремил на Саманту возмущенный взгляд.

Она чувствовала, что предательская краска смущения заливает лицо и злилась на себя. Саманта сдвинула брови, решая, что предпринять. Она уже открыла рот, но слова не шли с языка.

— Ты уже готова? — тихий голос влюбленного поклонника прозвучал у самого уха Саманты.

— Для чего? — вспылила она.

— Подошло время ланча, дорогая! — он проказливо улыбнулся. — Пойдем же, я умираю с голоду.

Пораженная неслыханной наглостью, Саманта, как рыба, раскрывала рот. А потом, усугубляя ее нелепое положение, Билл обнял ее за плечи и постарался подтолкнуть к выходу. Саманта уперлась каблуками в пол, сопротивляясь откровенному насилию: ее заставляли делать то, против чего восставала душа. Она предпочла бы остаться в кабинете с Эндрю, хотя ей и предстояло выслушать нелицеприятные речи.

«Почему ты не велишь ему убраться?» — красноречиво вопрошали серые глаза Эндрю. Но Саманту, казалось, не возмущало поведение Билла.

— Не буду тебя задерживать, дорогая, — произнес тогда нараспев Эндрю. — Дела подождут, ты примешься за них после свидания.

Свидания? Саманта поморщилась.