Изменить размер шрифта - +
Бреется, скоблит грязь на щеках, стрижёт свои косматые патлы огромными ножницами, под возгласы собравшейся толпы. Потом моется теми остатками воды, что смогли для него собрать. Сели чистить оружие. Опять что-то вспоминали, смеялись. Скоро заберут и Олега с Рыбой, они бы так могли жить долго, но боялись одичать тут, «на природе». Скоро у них «дембель»!

 

Глава 24. Фрагменты-4. Вывод

 

Почему-то сам факт обстрела района Тёплого стана нигде долго не признавали, сам период был сплошного умалчивания, в печати мало было об этом сведений. Конечно, такое событие ни с чем не сравнишь. Пёрл Харбор! Даже, нет. Просто, нет!

Афганистан многие ошибочно считали чуть ли не шестнадцатой республикой, в которую входило столько народных средств и техники, туда уезжали работать различные специалисты, там поднимали многие отрасли народного хозяйства. В каждом дукане продавали советские вещи, продукты, товары из социалистических стран, наряду с другими, импортными товарами и продуктами. Почему-то ввязавшиеся вдела этого государства наши партийные «бонзы» никак не могли прекратить это вмешательство. Это была как воронка, «чёрная дыра», которая высасывала из бюджета свою дань. Только решительные действия нового состава нашего правительства смогли положить конец этой колонизации. Одно только обещание вывести наши войска из Германской Демократической Республики и Демократической Республики Афганистан вызвали тогда на Западе шквал недоверия!

— Да, уж! Где, вам!

Это была не уступка Западу, не победа западных политиков, это был разумный шаг в истории государства, которое решило признать свои ошибки и сбросить такую непосильную ношу. А к выводу готовились. Сначала много говорили, потом долго молчали, затем быстро собрались и вперед — с песней «Уходим!». Конечно, был Генеральный План вывода, где, согласно срокам, выводились из разных провинций, из глубины страны к центральным и северным пограничным районам, а затем на трассу, в «отстойники».

Первыми заговорили о выводе сами афганцы, они то ли газеты читали больше, то ли им это обещали в первую очередь, но мелюзга, промышлявшая мелкой торговлей, сразу озадачила наших солдат бесконечными вопросами:

— Шурави, когда барбухай в Союз?

— Почему молчишь? Барбухай не хочешь?

По международному праву всегда считалось, что десять лет оккупации чужих территорий ведут к штрафным санкциям и резолюциям ООН.

Наши десять лет пребывания в этой стране уже имели место, пора!

Потом вопросы стали задавать сами солдаты, их больше интересовало будущее этой страны.

Потянулись по воинским частям лекторы из Генерального штаба и Политического управления. Они туманно излагали суть политических событий и тогдашних доктрин государства, больше напирали на воинский долг, интернациональную помощь и выполнение обязанностей. Сверкали в лекции новыми словечками, «перлами» из речей бывшего секретаря райкома Ставропольского края. Уходили от вопросов, интересно травили старые анекдоты и выкладывали энциклопедические справки о Республике Афганистан, то есть всесторонне были готовы к политической беседе.

— Да, вывод неизбежен, товарищи солдаты и сержанты срочной службы, но мы сюда ещё вернёмся!

Все просто опешили!

— Зачем? — спрашивали его.

— Чтобы продолжить начатое, помогать дружескому афганскому народу строить социализм!

Он, что, идиот? С куриными мозгами!

Следующим этапом была передача всего бензинового автотранспорта дружеским воинским частям. Пришлось немного «подшаманить» сломанный, но не списанный пока ещё хлам. Если машина была на ходу, то её передавали с закрытыми глазами на многие серьёзные неполадки. Так, Костя-Пастух на ходу спрыгнул со своего «газика», отдав управление радостному брюнету в темно-зеленой полевой форме, тот не понял сразу, что тормозов у машины нет, и укатил в своё подразделение.

Быстрый переход