— А ты Колька вообще молчи!!! Алкаш!!! — Салтычиха легко могла вести огонь на два фронта. — Ты вообще трактор в прошлом году утопил в болоте, так два месяца достать не могли!!!

— А это то тут причём?!! — возмутился тракторист. — И я трезвый был!!!

— Ой, люди добрые!!! — театрально схватилась за грудь Сальтычиха. — Вы посмотрите на него!!! Трезвый!!! Да когда ты последний раз трезвым-то был?!!

— А ну ша базару!!! — голос Саныча перекрыл гомон толпы. — Вам делать нечего?!! Есть жалобы — в письменном виде!!! По потраве скота я понял, будем сейчас разбираться, вон Семён уже тут, его привлечём, он Мастер, как никак, да ещё землянник! В помощи не откажет, так ведь, Семён?

— Да я за любой кипишь, кроме голодовки, — мне действительно было всё равно, что подтаскивать, что оттаскивать. — Что случилось то?

— Животину у людей подрали, — понизил голос добравшийся до меня председатель. — И собак порезали, и скот. Там ужас какой-то буквально в клочки растерзали, никогда такого не видел.

— Ты в одиннадцатое управление запрос сделал? — я сразу напрягся, понимая, что таких совпадений не бывает. — Да или нет⁈

— Я позвонил в район, — отвёл взгляд Пётр Саныч. — Сказали ждать.

— Тьху ты, ядрёны пассатижи!!! — я от досады сплюнул на землю. — Как вы задрали меня своим чинопочитанием! Без приказа начальника не вдохни не пёрни! Пилипенко тоже докладывать отказался, говорит не наша компетенция, это гражданские должны заниматься. С Уварова вообще толку ноль, одно слово мамлей. Ты ещё тоже! Саныч, ты что не понимаешь, что сегодня подрали собак да скотину, а завтра за людей примутся⁈

— Так я потому тебя и прошу! — ухватил меня за рукав председатель. — Семён, помоги, а? А за нами не заржавеет!

— Да ты пойми, Саныч, я не специалист! — Меня всегда поражала тяга советских людей обращаться не к специалистам, имеющим профильное образование и опыт, а к соседу, который вроде как что-то шарит. И неважно, с какой просьбой. Тыжпрограммист достаточное основание и для того, чтобы переустановить операционную систему, и чтобы сломанный плеер сына починил. Про медиков вообще промолчу, любая медсестра по мнению соседей, должна уметь и давление померить, и аппендикс удалить, и трепанацию провести.— Ты вообще представляешь себе, что за твари могли из вашего леса приползти⁈ И я нет! Звони, звони в контору! Ругайся матом, стучи по столу, но требуй оперативную группу «инквизиторов». Я тоже позвоню, теперь уже имеется причина, а не просто подозрения, так что дёрну тестя. Пусть подсуетится.

— Ты ж говорил, что не женатый? — подозрительно прищурился Саныч, крутя в руках телефон. — Откуда тесть-то?

— Так-то будущий, — в отличии от председателя я ни секунды не сомневался, и уже нажал кнопку вызова. На который тут же ответили. — Игорь Игоревич? Наше вам с кисточкой. Как поживаете.

— Ты мне зубы не заговаривай, — Сикорский слишком хорошо знал меня, чтобы повестись на такое. — Что уже натворил⁈

— Почему сразу я, даже обидно, — нет, доля правды в словах генерала КГБ имелась, но я же не специально. — Короче, вы же наверняка в курсе что такое Тёмный бор возле колхоза «Социалистический путь»? Вчера я вытащил оттуда пацанёнка двенадцати лет. Они с друзьями там копались и его завалило в старом ДЗОТе. Ну и в процессе эвакуации немного пошумел, случайно заставил детонировать то ли снаряд, то ли мину. Пострадавших нет, но вот ощущения у меня были, будто из ельника кто-то наблюдает. А сегодня ночью в селе порвали собак и скотину.