– Нашла! С ней все в порядке, но тебя, Луи‑Мэй, она просит держаться подальше.

– Знаю, – просто ответила Луи‑Мэй. – Я все равно туда пойду.

– Это она понимает.

И Орб попросила Иону отвезти Луи‑Мэй к матери. После бурной встречи с объятиями и рыданиями Луи‑Мэй представила ударника семье и повернулась к Орб:

– Они никогда не смогут выбраться отсюда. Возвращайся в Рыбу и попробуй что‑нибудь сделать. А мы останемся здесь.

Орб вздохнула. Луи‑Мэй знала, чем рискует. Но ей было очевидно, что, если оставить все так, как есть, гибель почти неизбежна.

Орб вернулась в Иону. Там теперь оставались только Иезавель с ударником.

– Я хочу рискнуть, – сказала Орб.

– Другого выхода нет, – вздохнула Иезавель. – Гитара не нужна?

Гитарист сходил за инструментом.

– Скажи, как тебе помочь.

– Эта мелодия похожа на Утреннюю Песнь, и на Дневную тоже, но совсем другая, – объяснила Орб. – Начни с этого, а потом просто подстраивайся под меня.

Гитарист кивнул.

Орб сосредоточилась и запела Песнь Хаоса. Магия Хаоса ширилась, росла и вскоре охватила весь мир, совсем как сама Орб, когда она пела мелодию расширения. Стены комнаты будто исчезли, и Орб осталась стоять под проливным дождем. Более того, она сама стала и этим дождем, и ветром, и гуляющими по морю огромными волнами. Магия песни разгоняла волны, раздувала и без того уже сильный ветер. Потом мир погрузился во тьму, а после тьмы пришел свет. Но свет этот был слабым и неярким, а тьма – глубокой и необъятной. Хаос пробудился снова, как‑то по‑другому.

Пока Орб пела, она чувствовала холод, хотя тело ее все время оставалось в тепле. Она сама не понимала, с какими силами играет. Предыдущий эксперимент закончился потопом. Что‑то будет теперь?

Орб допела Песнь до конца. Точнее, она спела свою Часть – дальнейшее сделает сам Хаос.

– До чего же сильная штука! – прошептала Иезавель. – Даже я, демон, чувствую ее магию! Да от такого сам Ад зашатается!

– Риск очень велик, – повторила Орб. – Я даже не знаю, лучше теперь станет или хуже.

Дождь начал стихать. Орб выросла до размеров Вселенной и убедилась, что это происходит по всему миру. Температура воздуха тоже перестала расти. Погода постепенно налаживалась.

Орб снова уменьшилась.

– По‑моему, кризис миновал, – с облегчением сказала она. Потом ушла к себе в комнату, рухнула на кровать и мгновенно заснула.

Орб проснулась посвежевшая. Иезавель приготовила завтрак. Орб плохо представляла себе, какое сейчас время суток, но слово «завтрак» показалось ей наиболее подходящим. Иона все еще не поднялся из‑под земли, и вокруг было тихо.

Поначалу Орб не придала значения этому факту. Потом до нее дошло.

– Почему Иона под землей?

– Обычно он знает, что делает, – ответила Иезавель.

– Пойду‑ка я лучше сама посмотрю.

Орб перевернула страницу и оказалась в Майами. Дождь кончился, и стали немного прохладнее. Вода еще не схлынула, но худшее было позади.

Орб решила проверить, как там Луи‑Мэй. Они с матерью и остальными уцелевшими по‑прежнему находились в том же самом здании. Еды у них хватало

– на одном из незатопленных этажей находился ресторан. Продукты все равно скоро должны испортиться – высокая влажность и отсутствие электроэнергии погубят их.

Плесень была повсюду. Кто‑то попытался отскрести ее от одной из стен, но на этом месте уже появился свежий пушистый налет. Плесенью пропахло все вокруг – от запаха невозможно было избавиться.

Луи‑Мэй с матерью выглядели вполне бодрыми, однако ударник неподвижно лежал под одеялом.