Когда Орб первый раз прикоснулась к воде своей магией, она почувствовала, что эта вода действительно нечиста. Любой, кто попробует пить ее, заболеет, а одежда, постиранная в ней, останется грязной. Сама сущность воды отдавала чем‑то скверным. Но музыка Орб проникала в эту сущность, и вода постепенно становилась чище и чище, пока не стала той водой, о которой шла речь в песне. Раньше, пока не возникало подобной нужды, Орб и не думала, что способна на такое. Она и сейчас не была уверена, что все получится, пока сама не увидела результата. Теперь ей было очевидно: да, у ее магии есть такая власть.

Орб остановилась и обвела глазами толпу:

– Вода чиста. Кто будет пить?

Никто из ее слушателей не шевельнулся – они не верили. Кроме всего прочего, она сама сидела над трубой, продолжая осквернять воду.

– Я прикоснулась к воде своей песней, и теперь она чистая, – повторила Орб. – Она больше не сможет вам повредить. Попробуйте и посмотрите сами.

– Я попробую! – воскликнула Чинка. Женщина подбежала к ближайшему крану, открыла его и выпила полную чашку воды. И вода ей нисколько не повредила.

– Ей ничего не сделалось, потому что она сама воду и осквернила! – сказал кто‑то из мужчин. Остальные закивали. Действительно, разве это проверка?

– Но сейчас‑то над ней сижу я! – подсказала им Орб.

Подсказка была принята. Мужчины с сомнением поглядывали друг на друга.

– Вам нужна вода, – сказала Орб. – Я – женщина, мое тело оскверняет ее. Но моя музыка противится злу, и эта вода чиста. Кто еще хочет попробовать ее?

Пробовать никто не хотел. Никто не доверял ее словам.

Неужели все усилия тщетны, пусть даже вода и очистилась?.. Орб не знала, что еще можно сделать. Она неохотно поднялась со стула и убрала арфу.

– Я попробую воду! – вызвался какой‑то мужчина из гущи толпы.

Все головы повернулись в его сторону. По толпе прошел шепот восхищения. Красивый, хорошо одетый цыган пробрался через толпу и подошел к крану. Он открыл кран, подставил под струю сложенные горсткой ладони и сделал несколько глотков. Потом вылил оставшуюся в горсти воду, завернул кран и выпрямился, глядя на толпу. Целый и невредимый.

– Это хорошая вода, – заявил он громко.

Тут уже и другие отважились попробовать воду. Люди пили и соглашались, что вода хорошая, проклятие снято и можно возвращаться к нормальной жизни.

– О, спасибо тебе, спасибо! – воскликнула Чинка. По ее щекам лились слезы благодарности.

– Скажи спасибо этому человеку, – сказала Орб. – Он поверил, когда остальные сомневались. Если бы не он, никто бы и пробовать не стал.

– Я просто не сомневался, – произнес незнакомец. – Никогда раньше не слышал ничего подобного.

– Спасибо, – кивнула Орб. – Простите, как вас зовут?

– Ты не знала? – спросила пораженная Чинка. – Это Чигари!

У Орб отвисла челюсть:

– Вы же не хотели меня видеть!

– Я не слышал, как ты играешь. – Чигари приглашающе согнул руку. – Пойдем в мою повозку, и я буду играть для тебя.

Орб взяла его под руку. Толпа расступилась перед ними. Они подошли к повозке музыканта, Чигари вынес скрипку и заиграл. Это была импровизация, и никогда в жизни Орб не слышала столь прекрасной музыки. Снова вокруг собралась толпа слушателей, но теперь ничто не имело значения: Орб видела лишь Чигари и слышала одну только скрипку. Не зря у этого цыгана такая слава!

Когда мелодия умолкла, Орб взглянула на свою арфу:

– Можно?

Чигари молча кивнул в знак согласия и заиграл другую мелодию.