Он просто устроит соревнования на стрельбище, а потом закатит отличную пирушку в честь лучших стрелков. А уж после вечеринки в их честь эти ребята скорее погибнут, чем провалят свою операцию. К тому же, подумал он, все это заставит людей позабыть о ночном нападении на деревню.

План будущей атаки уже полностью созрел в голове Арклина, когда он вдруг услышал откуда-то издали звуки буйволова рожка – знак приближения к деревне дружественных сил. Он вовремя успел подойти к главным воротам. Он увидел шествие во главе с Пей Данем. Бойцы на шестах несли связанные трупы своих погибших товарищей.

Над деревней повисла угрюмая тишина. Мяо прошли к участку за домами, предназначенному для захоронений, и положили трупы на землю. Всего нашли пятнадцать погибших. Даже Арклину стало не по себе, его била невольная дрожь. Коммунисты, как видно, тоже не особенно церемонились с убитыми врагами, отрезая уши и носы. Столпившиеся вокруг обитатели деревни стоически переносили это страшное зрелище. Некоторые женщины, мужья которых так и не были найдены, отправились к главным воротам и стали всматриваться вдаль, надеясь, что появится кто-нибудь еще.

Замыкавшие колонну вошли в деревню с раненым на носилках. Его жена бросилась к нему, попытавшись сразу же стащить одежду с раны на груди. Арклин мягко отстранил ее в сторону и осторожно срезал одежду. Ранение было неопасным, касательным, не задев ребра, но мяо потерял много крови и сильно ослаб.

– Он просто спрятался в джунглях. Солдаты Патет-Лао так и не смогли найти его, – пояснил Пей Дань.

Арклин быстро пристроил бутылочку с плазмой на шест и вколол иголку капельницы в вену раненого. Женщина коротко застонала.

– Он что-нибудь сообщил? – спросил Арклин у Пей Даня.

– Он сказал, что стрельба началась внезапно. Он шел в конце колонны и успел убежать. Ему пришлось прятаться в джунглях до тех пор, пока солдаты Патет-Лао не ушли. Они сначала пытали, а потом поубивали всех раненых. И получив сведения, напали на деревню.

– Сколько солдат было в засаде?

– Он говорит: много-много. Сто, а может, и двести.

– Наверняка не больше тридцати, значит.

Арклин закончил промывать рану и туго перебинтовал, затем развернулся и размашистым шагом пошел прочь. Пей Дань кинулся за ним.

– Что нам теперь делать, майор?

Арклин на ходу пожал плечами.

– Если твой народ не собирается подчиняться приказам, которые мы отдаем, то я не могу воевать таким образом. Жаль, у меня такой отличный план, как убить много-много коммунистов...

На лице Пей Даня отразилась гримаса стыда. Он рукой попридержал Арклина.

– Мяо больше никогда не ослушаются тебя, майор. Клянусь кровью! Я убью любого, кто ослушается.

Они дошли до дома Арклина, и тот пригласил Пей Даня внутрь. Он показал на карту, висевшую на стене:

– Хорошо, Пей Дань. Я попытаюсь еще раз.

С уст мяо слетел радостный вопль.

– Это будет серьезная операция. Каждый должен усвоить свою роль в совершенстве. В нашем распоряжении для подготовки всего один день, а потом мы атакуем Патет-Лао в их новом лагере.

– Смерть Патет-Лао! – закричал Пей Дань.

Арклин в деталях описал свой план. Часом позже, когда Пей Дань наконец усвоил все до мельчайших подробностей, он отправился отдавать распоряжения, готовясь к предстоящей битве.

Вскоре в доме Арклина появились четыре разведчика.

– Оденьтесь, как принято у вашего народа, – сказал он.