Старшина только исчез из шалаша, как капитан свистнул якута.

— Слушай, Абай, дело есть, — тихо проговорил капитан, глядя на меланхолично жующего разведчика. — Старшина только что куда-то вышел. Нужно тихонько посмотреть, куда и зачем… Только так, чтобы никто и подумать даже не мог… Ясно?! Давай, давай, родимый, догоняй.

«Отлично, — размышлял капитан, оставаясь один в шалаше. — От Абая не уйдешь… Пора, наконец-то, выяснить, что он от нас тут скрывает. А то развел, понимаешь, секретность! Оружие ему какие-то добровольцы приносят, еду — окрестные колхозники, гать лесовики делают… Что, он за идиота меня держит что-ли?».

Тем временем Абай, выйдя за пределы лагеря, привычно присел на корточки и начал вглядываться в едва примятую траву.

— Совсем не умеет ходить, — тихо бормотал он, осторожно трогая надломанный куст. — Зачем тогда в лес ходишь, если такой?

Здесь все было просто и понятно. Вот здесь выступило немного влаги на глинистой земле, поэтому и остался четкий след от сапога. Дальше старшина наступил на толстый корень дуба, покрытый плотным покровом мха. Примял немного его…

— Тут он постоял — постоял и все, — задумчиво пробормотал якут, внимательно всматриваясь в землю. — Нет ничего…

Он осмотрел все вокруг старого следа, но… Мох был не тронут. Густо росшие ветки стояли без единой царапины. Абай даже вверх взглянул, думая увидеть старшину раскачивающимся на дереве.

— Ай-яй! — недовольно пробурчал он, садясь прямо на ковер из буро-зеленого мха. — Совсем старый стал, совсем глупый… В лесу след найти не могу! Что бы сказал отец, если увидел меня?!

Абай снова и снова смотрел себе под ноги, надеясь обнаружить хоть какой-то намек на след, но все было напрасно. Старшина просто исчез с места, словно умел летать…

— Значит, старшина хитрый очень, — прошептал якут, сильно втягивая ноздрями воздух. — Хитрый и ловкий! Он почти обманул старого Абая! Почти обманул… Только курит он много… Очень много курит…

Все-таки старшина оставил один след и был он не на земле и не на дерево, а в воздухе. Чуткое обоняние якута уловило запах жуткой смеси, к которой так пристрастился Голованко.

— Уж не к старому лагерю ли ты пошел? — разговаривая сам с собой, якут перелез через нанесенные водой стволами деревьев. — Точно! А вот и следы!

Тут он резко пригнулся, заслышав чьи-то голоса. Осторожно выглянув из-за дерева, Абай увидел темный ватник пограничника. Старшина стоял к нему спиной и с кем-то громко разговаривал.

— … Я говорю тебе мы должны их выручить! — его голос слышался очень отчетливо, словно стоял он на расстоянии вытянутой руки. — Из-за нас их расстреляют… Понимаешь, из-за нас, из-за нашей глупости! Мы просто обязаны помочь! Мы должны их спасти! Теперь нас стало больше. У нас есть оружие! Ты ведь с нами?

Чужой, немного скрипучий голос, в ответ что-то пробурчал.

— Но там же рядом тоже лес, — не успокаивался Голованко. — Город просто утопает в деревьях… Это же просто находка для тебя! Помоги?! Там же дети и женщины! Это же не солдаты!

Голос опять что-то сказал. Абай совершенно ничего не понял. Слова вроде бы и слышались, но было не понятно, какие именно. Он осторожно перетек за ствол дерева и начал медленно сползать в овраг, откуда было совсем рукой подать до говоривших.

— Это точно поможет нам? Точно как у Леськи? — в голосе пограничника послышалось сильное сомнение.