— Посмотрим, посмотрим, что же нам прислал малыш Вилли, — пробурчал полноватый старичок с лихо закрученными усиками, открывая запечатанный бумажный пакет. — Надеюсь, он все сделал правильно.

Массивный стол из мореного дуба, за которым он сидел, располагался в нескольких метрах от зажженного камина. Вальтер Грайте, возглавлявший исследовательский отдел биологии Аненербе, любил смотреть на огонь и слушать треск сгоравших дров. Вот сейчас, получив пакет с документами от своего сотрудника, он не стал сразу же читать то, что в нем было. Сначала оберточная бумага лоскутами полетела в огонь, где мгновенно вспыхнула, и лишь после этого, давно сложившегося ритуала, Грайтер взял первый листок.

— О чем это он пишет? — он едва успел вникнуть в первые строки, как сразу же начал ворчать. — …Первоначальное предположение не подтвердилось. Следы испытания или применения химического оружия обнаружить не удалось… Почему, не удалось? Значит, плохо искал! Мальчишка!

Грайте скомкал листок и кинул его в камин.

— Такой шанс! Такой шанс, — шептал он, вновь склоняясь над бумагами. — Подумать только… я лично мог сообщить фюреру о том, что русские тайно применяют химическое оружие… Тогда… Тогда, я бы не копался в в этих чертовых тушках!

Его взгляд с ненавистью прошелся по стенам кабинета, где висели искусно выполненные чучела экзотических животных и птиц. Они разевали свои пасти и клювы, сверкали искусственными глазами, словно насмехаясь над очередной неудачей когда-то подавшего блестящие надежды ученого.

— Кому это все нужно? — от разбиравшей его злобы глаза никак не могли сконцентрироваться на тексте. — Вымершие птицы, ископаемые животные… Тьфу! Это не дело для настоящего ученого! Вот человек… постойте-ка, постойте-ка… Что тут у нас такое? Любопытно, очень даже любопытно… Может быть это даже и лучше.

Пальцы, мгновения назад пытавшие скомкать и выбросить и этот листок, бережно разгладили его перегнутые края и поднесли ближе к глазам.

«… В ходе поиска следов применения химического оружия была четко очерчена территория, где чаще всего фиксировались источники заражения германских солдат и офицеров. Исходя из этого была организована зона изоляции с охватом более пятидесяти километров площади… Значительного эффекта карантинные мероприятия не дали: по-прежнему, около ста солдат и офицеров остаются в спецлагере под наблюдением… Продолжается приток зараженных…

Медицинская служба оказалась не в состоянии точно идентифицировать источник заражения. Были высказаны предположения, что таковым может быть неизвестный науке гриб с аномально быстрой приспособляемостью к новым условиям среды обитания. Грибница такого гриба, по мнению части врачей, способна в рекордно короткие сроки поражать человеческие ткани, пронизывая кожу, мышцы и костное вещество».

Старик крутанул один ус, отчего тот еще более задрался вверх.

— Где же это было? — продолжал бормотать он, шевеля губами. — Кажется, вот…

Текст письма ближе к концу стал совершенно неровным. Буквы потеря свою готическую строгость и начали напоминать, как показалось Грайте, какие-то азиатские каракули. «Черт разберешь, — подумалось ему, пока его палец скользил вдоль строчек. — Ну разве можно так относиться к своим обязанностям… Хотя… если это не он?! Подмена?! Часть письма написал кто-то другой?».

«… Здесь нет никакого химического оружия! Сейчас, в этой чертовой землянке, в грязи и поту, меня пробирает смех от того, что мы могли поверить в этот бред. Какое здесь может быть химическое оружие? Практически около границы, да еще в непосредственной близости от крупных поселений?».