Высокого черноволосого мужчину в дорогом зелёном бархатном наряде и начищенных сапогах встречала на пороге супруга лесоруба. Худенькая Эмма в свои двадцать три года выглядела на тридцать пять. В серой тунике с паклей немытых серых волос она смотрелась рядом с мужчиной, словно нищенка на фоне аристократа. О том, что гость непростой, говорил меч, который покоился у него слева в ножнах.

— Что понадобилось сиятельному господину? — совершила она низкий подобострастный поклон. — Вы за дровами?

— Тут проживает одиннадцатилетняя девчонка по имени Мэри, — он смотрел на женщину, будто на грязь под ногтями, и говорил сухо рублеными фразами. — Мне нужна она.

— Что наделала эта негодница?! — голос женщины стал визгливым. — Ух, мы накажем эту нахлебницу!

— Заткнись, смердка! — его слова были для женщины подобны ушату ледяной воды. От его презрительного взора она сжалась.

— Простите, господин, — начала кланяться она. — Так зачем вам эта приживалка?

— Где она?! — его прищур сулил кары небесные.

Сглотнув ставшую вязкой слюну, женщина проглотила все заготовленные слова о ненавистной племяннице. Мэри ей не родная. Жизни её четверых детей забрала Чёрная смерть, а эта мелкая мерзавка выжила. «Почему она? Почему жива эта дрянь, а не её детки?». Она возненавидела девчонку. Как могла, она старалась нагадить ей. Пока муж не видел, она кормила её объедками и заставляла трудиться до упаду. Поскольку муж уходил на рубку рано утром, а появлялся дома лишь поздно вечером усталым настолько, что ему хватало сил лишь покушать и добраться до кровати, ему было не до воспитания племянницы и разговоров с ней.

— Мэри сейчас отвозит дрова кузнецу, — заискивающе улыбалась она, внутренне холодея под взором грозного господина. — Если милорд готов немного подождать, то вскоре она вернётся.

— Я подожду, — он внимательно всматривался в лицо женщины. — Почему ты ненавидишь дочь?

— Она мне не дочь, — скривилась её физиономия в отвращении. — Это племянница моего мужа. Её семью забрала Чёрная смерть, а эта су… — она заскрипела зубами. — Мэри каким-то чудом сумела выжить, хотя тоже была больна.

— Болела Чёрной смертью и выжила? — изумлённо приподнялись брови незваного гостя.

— Да. Я точно это знаю. Джон, мой муж, навещал брата. Он видел, что вся их семья болеет, оттого побоялся зайти в дом. Все умерли, а эта дрянь нет. Видит бог, сам дьявол ей покровительствует!

— Почему ты так решила? — во взоре господина был заметен искренний интерес.

Женщина не заметила, что в этот момент правая кисть мужчины шевельнулась. Он направил в неё сторону сложенные щепотью пальцы и будто совершил небольшой толчок воздуха в её направлении. После этого её потянуло на откровения.

— Я видела, как эта дрянь выводит колдовские знаки палкой на земле и разговаривает со своим дьявольским котом! — ухмыльнулась жена дровосека. — Я кормлю эту мерзавку объедками, которых и бродячей собаке будет мало. Я уж думала её заморить голодом и тяжёлой работой, а она не только не подыхает, но ещё и толстеет. Я думаю, господин, что эта тварь ведьма!

— Ты кому-нибудь говорила о том, что она ведьма? — если бы взглядом можно было резать, то под взором мужчины не устояла бы метровая стальная плита, настолько он был острым и яростным.