В таком предложении сразу виделись плюсы. Раз с ним общаются как с ребёнком, следовательно, пока ещё не заподозрили в нём взрослое инопланетное дерево, сбежавшее из оранжереи и переселившееся в клона сполота. А раз так, то лучше подыгрывать и до конца изображать из себя ребёнка, насколько это возможно. Странности же, он надеялся, спишут на его дикарское прошлое. Вряд ли малолетний пацан, подобно Тарзану проживший отшельником-одиночкой два года на кладбище, останется в здравом уме. Взрослого могли бы сразу в психушку упечь, если тут есть такие заведения, а ребёнка маловероятно.

— Ага, тортик, — кивнула Лорри. — Начнём. Какой сейчас год?

— Сорок семь тысяч триста двадцать первый от основания цивилизации сполотов. Или тысяча семьсот сорок третий от основания Содружества.

— Правильно. Ты заслужил первый балл. Как зовут твою маму?

Язык рвался сказать «не знаю», но Игорь крепко держал его за зубами. Он не исключал, что у девушки-копа имеется при себе аналог детектора лжи. Имя своей матери из прошлой жизни он прекрасно помнит, так что прибор наверняка покажет, что он врёт. Поэтому он снова пожал плечами и изобразил на лице растерянность.

— Не расстраивайся, мой хороший. У тебя есть возможность набрать нужное количество баллов. Ты готов?

— Да. За этот ответ тоже начислите баллы?

Отсмеявшись, Лорри сказала:

— За честность накину бонусный балл. Продолжим. Кто такие альвы?

— Раса гуманоидных разумных существ. У них шерсть растёт лишь на голове, в подмышках и в паховой области. Имеют заострённые уши, расположенные по бокам от головы. Кожа от светлой до тёмно-коричневой, в зависимости от того, на какой планете проживали их предки. И у них нет вибриссов и хвоста!

— Умничка. За столь развёрнутый ответ я тебе начислю сразу два балла. А кто такие хуманы?

— Такие же, как альвы, но с круглыми ушами и в десять раз меньшей продолжительностью жизни.

— Хорошо. Сколько будет пять плюс семь?

— Двенадцать, — без раздумий ответил он.

— Отлично, — подбадривающе кивнула Лорри. — Семь умножить на восемь.

— Пятьдесят шесть, — вновь он выдал ответ сразу.

— Ой, какой ты молодец! Уже умножать умеешь. Сто восемнадцать разделить на четыре.

На этот раз Игорю пришлось ненадолго задуматься для вычислений.

— Двадцать девять целых пять десятых.

Лорри на мгновение замерла. Её уши стали торчком, но тут же вернулись в расслабленное положение.

— Тысяча сто три умножить на тринадцать, — лукаво заблестели её глаза.

— На тринадцать? — задумчиво помассировал подбородок Игорь, и начал бормотать: — Мр… Одиннадцать тысяч тридцать… Три триста девять… — подняв на спутницу глаза, он ответил: — Четырнадцать тысяч триста тридцать девять.

Девушка на мгновение округлила глаза.

— Мр-р-р… Оче-е-ень хорошо, — протянула она. — Усложним задачу…

После этого она полчаса гоняла его по математике, усложняя задания. Игорь сдался на дискриминантах, а на интегралы пучил глаза. Хотя с помощью окклюменции вспомнил как решать и то, и другое. Но он и так показал уровень, намного превышающий таковой у шестилеток.

После этого последовал опрос по истории, сполотской антропологии и прочим темам, по которым он смотрел лекции.