Пока ждали эвакуатор, Игорь и Муррк за приятной беседой прикончили весь самогон. Землянин расспрашивал о местном быте и нравах, заведениях и в целом интересовался нюансами жизни аборигенов. Он многое почерпнул из этой беседы.

В это время Рева злым коршуном кружил вокруг неисправного глайдера, будто мог там что-то починить без инструментов, запчастей и специальных навыков. От этого он лишь сильней раздражался.

Во избежание лишней нервотрёпки парни отошли от мужчины подальше. Их беседа с дегустацией органолептических свойств напитка происходила на мягкой траве под тёплыми лучами светила.

В небе показался грузовой флаер, который представлял собой платформу с антигравитационными двигателями снизу в виде широких блинов. Впереди разместилась каплевидная кабина, в которой обнаружилось семь посадочных мест: три спереди, включая пилотское и два пассажирских рядом с ним, и четыре позади. Но по бокам имелось всего две двери, и чтобы попасть на задний ряд, следовало откинуть сиденья переднего ряда.

Хмурый пилот с серой шерстью и в оранжевом комбинезоне кивнул таксисту, после чего молча принялся управлять краном.

— Что за допотопные технологии? — презрительно выдавил Рева. — Даже дрона с гравитационным захватом нет. Долго летел.

Он собрался забраться в кабину под хмурым взглядом пилота флаера, но тут же был остановлен окриком Муррка:

— Эй, дядя, пока по тройному тарифу не заплатишь — внутрь не попадёшь. Пешком пойдёшь!

— Да что ты о себе возомнил, щенок? Ты знаешь, кто я?! — зло сощурился Рева.

— Хамло ты, дядя. Я сказал, и Ферр подтвердит, — кивнул он в сторону пилота.

— Ага, — кивнул тот. — И мне сотку. Иначе ждите такси. Мне не положено возить пассажиров.

Поняв, что его суровые взгляды аборигенам что слону пушинка, скрипя зубами, Рева перевёл обоим деньги.

Полёт до городка назначения прошёл в мрачной и тихой атмосфере. Всех, включая землянина, напрягал злющий Рева. Когда же пассажиров высадили, флаер тут же рванул вверх.

— Уроды! — сжал кулаки телохранитель.

— Рева, ты много себе позволяешь, — проворчал землянин. — Твоё дело моя охрана, а не вступать в перепалку с местными жителями.

— Заткнись, сопляк!

— Думай, кому и что говоришь, — прищурился он. — Вряд ли дедушке понравится твоё поведение. А я стесняться не буду, и расскажу о каждом косяке.

— Идём уже к связному, — проглотил обидные слова Рева. — Мы и так потеряли много времени из-за этих уродов.

— Как по мне, так это ты ведёшь себя ненормально. Радоваться нужно, что живы остались и не шляемся по лесам, которые полны хищников.

— Так сказал тот сопляк…

— Именно. Я предпочитаю доверять словам местных жителей. В отличие от нас с тобой, Муррк тут прожил год.

Городок больше всего был похож на стоянку трейлеров. Только вместо жилых прицепов и автодромов на улочках разместились колониальные дома контейнерного типа размерами пять на двадцать метров и пять метров в высоту. В некоторых местах из таких контейнеров были выложены здания в два-три этажа и шириной до тридцати метров. В основном это общественные заведения. Между строениями протоптаны тропинки. Никакого православного асфальта или бетона, только хардкорная утоптанная земля. Наверняка после дождей тут проще долететь до соседа на глайдере, чем дойти пешком.