— Не думаю, чтобы он был жив.

— Для вас — это не важно. Не волнуйтесь, единственное, не знаю, как вы скроете правду от Мери.

Розмари побледнела.

— Господи! Она же прочитает мои мысли!

— Старайтесь не думать об этом. Не было ничего. Потом, она умная девочка, должна понимать, если это поможет вам выбраться отсюда, — это хорошо.

— Ох. Какое тут спокойствие.

Розмари поднялась и вышла в коридор.

— Тебя сейчас на обследование заберут, — сказала Мери, как только мама исчезла за поворотом коридора. — Ты слушайся врача, а то один парень попробовал сопротивляться, все равно заставили. Вас в какую палатку поселили?

— В серую такую…

Мери рассмеялась:

— Там есть номер на каждой палатке. У вас какой?

— 232.

— Ага, значит, всех собрали.

— Ты о чем?

— Когда я приехала, две недели назад, почти все палатки были пустые. У меня — номер четыре. 232 — последний. Все остальные — это у военных или не пронумерованы. Я думаю, они собрали всех, кого нужно. Вы были последними. Значит, скоро расскажут, зачем нас собрали.

— А какие-нибудь идеи есть?

— Какие идеи? Смотри, собирают по всей Земле. Здесь кого только нет. И американцы, и русские и китайцы. Как будто нарочно все расы собирали. Мы даже начали думать, может опять какое-то бедствие надвигается, ну и собирают, чтобы вывезти с Земли.

— Да? А что, похоже.

— Похоже, да не очень. У всех нас несколько лет назад пропали отцы.

— Так может специально, чтобы мужчин не брать?

— Они пропали В ОДИН ДЕНЬ! Понимаешь, исчезли наши папы все в ОДИН И ТОТ ЖЕ ДЕНЬ! Из разных стран, по всей Земле. Это не может быть случайностью. Выглядит так, что их куда- то забрали.

— Мери, а может они на разведку работали? Агентурная сеть была и завалилась? И пришлось их срочно прятать? Как тебе?

— Похоже. Но тогда, зачем нас мучат этими обследованиями? И где наши отцы? Мы- то здесь при чем? Соображаешь? Если бы нас просто хотели отправить к отцам — зачем бы привезли сюда и занялись выяснением чего? Чего они пытаются выяснить? Теперь, ты слышал, говорят, я здесь — по ошибке. А у меня тоже пропал отец в тот же день.

— Ты рада, что они ошиблись?

— Не знаю. — Мери пожала плечами. — Мне здесь не нравится. Плохое место. Кошмары снятся каждый день. Отец приходит, а потом какие-то чудовища вокруг. Не знаю. Мне бы хотелось убраться отсюда поскорее. Да и всем ребятам так. Мы тут пытались придумать, как бы сбежать. Если бы объединить силы, можно попробовать нейтрализовать охрану. Только, боюсь, ничего не выйдет. Да, еще одно. Все ребята, которые здесь, телепаты. Так что ты не удивляйся. — Мери увидела, что врач возвращается, и заторопилась. — А со мной. Все просто. Я — не родная дочь, приемная. Поэтому и ошиблись. Им родной ребенок нужен. Вечером, зайду за тобой. Мы каждый день собираемся, костер жжем, поем. Ребята здесь классные. Если бы не эти кошмары…

— Ну что, Майкл, тебе Мери про обследование рассказала? Сопротивляться не будешь? Или охрану позвать? — спросил подошедший врач.

— Не буду.

— Вы можете присутствовать, Стелла. Пойдемте.

Майкл вошел внутрь и почувствовал страх. Он никак не думал, что речь идет о какой-то сложной аппаратуре.

— Раздевайся, потом в душ, потом ляжешь сюда. А мы пока с твоей мамой выпьем чайку. Вы не против?

— Да нет.