– Вы правы. Но я пытаюсь растолковать вам особенности цивилизации, создавшей Земную Федерацию. Господствовавшая в этой цивилизации религия, приверженцем которой я, кстати, не являюсь, в момент своего возникновения испытала на себе значительное влияние философии, называемой гностицизмом, считавшей, что мир в таком виде, в каком его воспринимают наши органы чувств, обманчив и порочен. Из этой предпосылки вытекало, что единственным надежным источником знаний является вероучение. Такие взгляды бытуют и по сей день, хотя теперь им и не сопутствуют религиозные атрибуты. Если же оказывается, что эти взгляды не отражают реальный мир, их приверженцы лишь сильнее верят в то, что познали «высшую истину».

Слушая объяснения Ханны, Ктаар с недоверчивым видом медленно шевелил ушами.

– Я никогда не пойму вас, людей, госпожа первый клык, – вздохнул он.

– Ничего удивительного, владетель Тальфон, – улыбнулась Ханна. – Мы и сами себя не понимаем.

Некоторое время они с Ктааром молча потягивали содержимое своих стаканов. Впрочем, им не пришлось долго хранить молчание, потому что к ним приблизились представители Ассоциации скопления Змееносца и народа гормов, присланные в Объединенный комитет начальников штабов Великого союза своими нациями.

– А, ггоспожа ккомандующий, – сказал адмирал Ттаржан. – Ввижу, ччто ввысшие оффицеры ссоюзных ввооруженных ссил о ччем-то ссерьезно рразговаривают. Этто ппредвещает пплодотворное ссотрудничество вв ррамках Ввеликого ссоюза, нне ттак лли?

Выпрямившись во весь рост, председатель военно-космического флота гормов Норак вполне мог претендовать на титул самого высокого существа в зале. Ттаржан мало чем уступал ему в этом отношении. Традиционные союзники землян «змееносцы» были такими же «птицами», как прежние враги и недавние соратники человечества – орионцы – «кошками». Репертуар форм, которые могут принимать способные изготавливать орудия труда существа, ограничен, и в Галактике, насчитывающей четыреста миллиардов звездных систем, не могло не происходить странных совпадений. Встречались и редчайшие случаи, прекрасным примером которых были «змееносцы», способные на две, казалось бы, взаимоисключающие вещи – летать и пользоваться орудиями труда.

Тем не менее Ханна Аврам иногда ловила себя на том, что удивляется, как это Ттаржан не испытывает ни малейшей робости в присутствии Ктаара. Впрочем, удивляться тут было нечему. Конечно, орионцы были плотоядными существами, похожими на кошек, но и Ттаржан, и его народ, хотя и считающийся теперь одной из миролюбивейших рас в известной Вселенной, отнюдь не были безобидными огромными канарейками. «Змееносцы», как и орионцы, были результатом эволюции самых грозных хищников своей планеты. У своих предков эти высокие, покрытые пухом существа с легкими полыми костями унаследовали массивные головы, украшенные гребнями и зловещего вида крючковатыми клювами.

Разглядывая Ттаржана, Ханна Аврам подумала, что «змееносцы» не случайно управляют космическими истребителями еще лучше орионцев, прозванных землянами «усатыми-полосатыми» и считающихся замечательными пилотами.

Благодаря виртуозному умению «змееносцев» пилотировать истребители силы самообороны Ассоциации скопления Змееносца очень высоко ценились их земными союзниками. Ассоциация подписала с землянами договор о партнерстве и взаимопомощи еще во времена Второй межзвездной войны, когда обе нации плечом к плечу сражались против Орионского Ханства, и на протяжении нескольких столетий «змееносцы» зарекомендовали себя в высшей степени надежными союзниками. Они были миролюбивее землян и уж тем более орионцев, но, когда войны было не избежать, им было не занимать решительности, мужества и здравомыслия. Пожалуй, в первую очередь они славились именно здравым смыслом.