Изменить размер шрифта - +

— Извини, задержалась из-за непогоды, — холодно отозвалась Дайана, откидывая капюшон промокшей куртки. Дождь и ветер растрепали ее длинные, собранные в хвост волосы, и несколько влажных прядей выбилось из прически и свободно висело вдоль лица. Обернувшись наконец к Клейтону, она устремила на него неприязненный взгляд. — Итак, о чем ты собирался говорить со мной? Выкладывай, да побыстрее. Мне хотелось бы вернуться домой до того, как разразится настоящий потоп. Дороги так размыло, что еще полчаса, и по ним невозможно будет передвигаться.

Клейтону показалось, будто он ослышался.

— Что?

— Я говорю, что не имею ни малейшего намерения застрять здесь наедине с тобой.

— Нет, я не о том. Откуда ты взяла, что я вообще хочу с тобой разговаривать?

Теперь настала очередь удивляться Дайане.

— Как откуда? Из записки, которую ты прислал сегодня утром. Ты же написал, что хочешь со мной встретиться, чтобы сообщить о чем-то чрезвычайно важном.

— Но я не писал тебе!

На лице Дайаны появилось недоверчивое выражение.

— Только не говори, что оказался здесь совершенно случайно. Все равно не поверю.

— Конечно же не случайно! — раздраженно выпалил Клейтон. — Я здесь единственно благодаря твоему письму, черт возьми!

Дайана насмешливо сощурилась.

— Так-так. Оказывается, это я писала тебе, умоляя о встрече.

— Ты мне не веришь. — Это был не вопрос, скорее утверждение. — Кстати, в письме ты меня совсем не умоляла, скорее требовала… Дьявол! Но тогда объясни, что мы здесь делаем, если ты не посылала мне записки?

— Зато ты прислал мне ее.

С этими словами Дайана стянула с рук перчатки и засунула их за пояс. Затем расстегнула куртку и вытащила из нагрудного кармана блузки сложенный вдвое листочек белой бумаги, который показался Клейтону удивительно знакомым.

— Ведь это… — начал было он, однако Дайана тут же прервала его нетерпеливым жестом.

Развернув листок, она с выражением прочла:

— Дайана! Умоляю, приходи сегодня вечером к эвкалипту на границе наших владений, ровно в семь. Исполни мою просьбу хотя бы ради той дружбы, что связывала нас в детские годы. Если не придешь, то пожалеешь. К. У. — Закончив чтение, девушка вопросительно посмотрела на Клейтона. — Ну, что ты теперь скажешь?

С омерзением глядя на бумажку, Клейтон потрясенно воскликнул:

— Но я не писал этого!

— Странно, — с издевкой протянула Дайана. — А ведь это так на тебя похоже, Уинстон: запудрить девушке мозги, чтобы получить от нее все, что нужно. А затем, когда жалкая цель достигнута, заявить, будто ты тут совершенно ни при чем и это она тебя не так поняла. Так ты скажешь, зачем меня сюда заманил или нет?

Услышав подобное обвинение, Клейтон судорожно сжал кулаки. Он понял, что Дайана подразумевает нечто большее, чем сегодняшнее недоразумение. В ее словах крылся явный намек на события пятилетней давности.

Намек на то, что Клейтон собирался жениться на ней по расчету.

— Я никогда не использовал женщин так, как ты говоришь! — вне себя от ярости вскричал он. — От кого ты вообще научилась ни за что ни про что оскорблять человека? От своего покойного ненормального папаши, да? — Увидев побледневшее лицо девушки, Клейтон понял, что переборщил, и уже более примиряющим тоном добавил: — А что касается этой записки, — он брезгливо кивнул в сторону письма, — то повторяю, что не писал ее! Черт побери, назови хоть одну причину, по которой мне пришло бы в голову назначать это сумасшедшее свидание?

У Дайаны от гнева задрожал подбородок.

Быстрый переход