Когда Лаура подъехала к Сомерсет-хаусу, она была одета безупречно: темно-синий строгий костюм, подходящие туфли. Дворецкий окинул ее придирчивым взглядом и впустил внутрь.

– Могу ли я поговорить с леди Ирен прямо сейчас? – спросила девушка после приветствия.

– Я доложу о вашем визите. Предполагаю, что леди Ирен сейчас в комнате для больных.

– Она заболела? – удивилась Лаура.

– Не она. Мы нашли ночью мистера Кругера в лесу. У него черепно-мозговая травма и высокая температура. Врач уже дважды приезжал сегодня. Он всерьез опасается за здоровье мистера Кругера.

Лаура почувствовала, что ей стало легче: по крайней мере больной и прикованный к постели дядя Майкла менее опасен.

– Пожалуйста, все же сообщите обо мне леди Ирен. Возможно, она найдет время.

Дворецкий отвесил учтивый поклон и удалился. Через пять минут он вернулся с хорошими новостями: хозяйка была готова принять девушку.

Швейцар провел ее по темному коридору и открыл узкую дверь. Лаура, обняв сверток с зеркалом, робко вошла внутрь.

Это были, судя по всему, личные покои владелицы замка. Довольно старомодная, но уютная обстановка. Единственное окно закрывала драпировка из легчайшего шелка, повсюду были живые цветы – много цветов. На стенах – натюрморты, а на полу – ковер с длинным ворсом.

– Признаться, я не ожидала вас больше увидеть, мисс, после такого внезапного исчезновения, – раздался голос старой леди.

– Я прошу у вас прощения за невежливость, миледи, – склонила голову Лаура. – Но, возможно, вы поймете меня, когда я вам что-то покажу.

Она подняла сверток.

– Что это?

– Зеркало.

В маленькой комнате воцарилась мертвая тишина. Такая, что тиканье настенных часов с маятником казалось по меньшей мере нахальством. Леди Ирен нервно крутила перстень с сапфиром.

– Вы хотите сказать, что собираетесь доказать мне то, что ваши вчерашние слова – правда?

– Вы правы, миледи. Это зеркало открыло мне тайну убийства вашей крестницы. И она посоветовала показать его вам.

– Джессика?

Лаура кивнула.

– Разверните его!

– Здесь слишком светло, – сказала Лаура.

Ей стало тревожно. А вдруг леди Ирен ничего не увидит в зеркале? «Изображение может увидеть только женщина, которой это зеркало однажды принадлежало», – вспомнились вдруг слова привидения.

Леди Сомерсет уже нажала кнопку электрического звонка. Вскоре зашла горничная.

– Задерните шторы! – приказала хозяйка.

Волнение в ее голосе не мог скрыть даже командный тон. В комнате стало темно, и служанка зажгла электрическую лампу.

– Нет! Нам не нужен электрический свет. Зажгите свечи на комоде и оставьте нас.

Зеркало не показывало ничего сверхъестественного. Лаура судорожно вцепилась в стул, на котором сидела, молясь только об одном: чтобы зеркало «заработало».

Тут с башни послышался знакомый скрежет и часы стали бить – сначала четыре глухих удара, похожих на щелчки, а потом звонкий бой, по числу часов. С последним ударом поверхность зеркала пошла рябью, а потом возникла сцена убийства.

Когда Джессика упала вниз с глухим звуком, старая леди вскрикнула. Лаура вздрогнула, хотя и видела уже эту сцену не раз. Она подумала: покажет ли зеркало на этот раз возвращение Эдварда? Оно показало даже больше: женщины видели, как мистер Хендерсон, окончательно поняв, что Джессика мертва, склонился над ее телом и плакал навзрыд, беспрестанно целуя ее лицо.

Лаура отвернулась, утирая слезы. Украдкой она заметила, что старушка делает то же самое. Когда они повернулись, зеркало вновь было обычным предметом.