Лаура была уверена, что этот посетитель как-то связан с Томасом Кругером. Возможно, это не сам Кругер, а кто-то, кто действует по его просьбе.

– Еще он сказал, что без него вы никогда не найдете мистера Хендерсона.

– Что? Майкл не в своем особняке?

– Ого, у мистера Хендерона есть свой особняк? – оживилась старушка. – И большой?

– Приличный. Но это к делу не относится. Пожалуйста, вспомните, что этот человек еще сказал?

Хозяйка напрягла лоб:

– Он что-то сказал про отпуск. Мистер Хендерсон уехал в отпуск.

– Спасибо, миссис Пенфилд. Если этот человек придет еще, спросите, где я могу его найти?

– Ох, как же я сразу не догадалась! – всплеснула руками хозяйка. – Может быть, хотите ромашкового чаю? У вас такой изможденный вид?

– С удовольствием, – неожиданно для самой себя сказала девушка. Она не очень любила ромашку. Но в этот раз ей очень захотелось попить чего-нибудь горячего.

Уставшая, она вошла в комнату, сняла мокрую обувь и краем глаза заметила, что зеркало «показывает» не привычное отражение комнаты. Девушка подошла поближе и увидела в нем замок леди Ирен Сомерсет. Сама владелица поместья стояла у окна на втором этаже и махала рукой – то ли приветствовала кого-то, то ли, наоборот, прощалась. Картинка постепенно покрывалась туманом, который, словно театральный занавес, полностью скрыл изображение, а потом внезапно исчез, открыв взору новую сценку.

Точнее, старую. Лаура услышала уже знакомые слова.

– Ты вернулся? – спросила Джессика Хендерсон, удивленно приподняв бровь. – Что-то забыл?

– Я вернулся, чтобы убить тебя, Джессика! – усач в три прыжка поднялся по лестнице и перекинул блондинку через перила.

Но на этот раз сценка не остановилась. На этот раз зеркало показало безжизненное тело Джессики на полу. Вокруг головы медленно растекалась лужа крови. Мужчина с холеными усами – теперь Лаура не сомневалась, это был Томас Кругер – спустился вниз и несколько секунд смотрел на тело, склонившись над ним. Вероятно, он остался доволен увиденным. Он усмехнулся, достал из кармана носовой платок, развернул его, что-то достал и положил рядом с телом. После этого он покинул особняк Хендерсонов через кухню.

Картинка не исчезла. Зеркало продолжало показывать холл особняка, посреди которого лежало тело Джессики. Лаура было подумала, что все, и выдохнула (все это время она смотрела в зеркало, не смея пошевелиться и даже вдохнуть). Но вдруг входная дверь открылась, и на пороге дома Хендерсонов появился блондин. Искаженное от боли и ужаса лицо мужчины – это последнее, что увидела Лаура. Стеклянную поверхность вновь заволокло туманом, и когда он рассеялся, зеркало вновь показывало лишь отражение комнаты.

– Ваш чай готов, – миссис Пенфилд вывела Лауру из состояния оцепенения. – Вам накрыть в холле? Или вы возьмете его в комнату?

Лаура не могла отойти от просмотренного «фильма».

– Ваш чай! – повысила голос хозяйка.

– Что? Чай? – встрепенулась Лаура. – Нет, спасибо, миссис Пенфилд. У меня нет времени. Мне снова нужно идти.

Она схватила зеркало и завернула его в ту же самую ткань, в которой принесла из лавки старьевщика.

– Что это значит, мисс Джонс? – удивилась хозяйка. – Сначала вы говорите, что будете пить чай, а через пять минут убегаете, да еще и прихватываете с собой мебель!

– Нет, только зеркало. Это очень важно!

– Куда же вы спешите так?

– В замок Сомерсет-хаус, который у Поганых болот.

Повинуясь необъяснимому порыву чувств, девушка бросилась к хозяйке, расцеловала и крепко обняла:

– Не знаю, вернусь ли еще, миссис Пенфилд. Возможно, я еду на верную погибель.