— У нас нет копий твердых дисков, — сказал один из его помощников. — И вообще никаких запасных копий нет. Если этих данных не окажется в оперативной памяти, значит, мы потеряли всю информацию о советской агентурной сети.

В этот миг зазвонил внутренний телефон, стоявший на столе Джоунаса.

— Да? — Джоунас нажал на кнопку переговорного устройства.

— Тут к вам пришли. — Джоунас узнал голос одного из сотрудников службы безопасности, дежурившего в вестибюле.

— Кто?

— Генерал Хэдли, сэр.

Джоунас, у которого душа ушла в пятки, сказал:

— Пропустите его, пусть поднимется ко мне.

Он послал дежурного офицера к лифту встречать Хэдли и попросил всех остальных покинуть комнату.

Боже мой! — подумал Джоунас. Он ведь должен был вернуться только через два дня!

Дежурный впустил Хэдли в кабинет и вышел, закрыв за собой дверь.

— Ну, как дела, Джоунас? — поинтересовался Хэдли. — Давненько мы не виделись.

Хотя Сэму Хэдли было уже за восемьдесят, он по-прежнему оставался красавцем-мужчиной. Волосы его побелели, глубокие морщины избороздили лицо, а на руках выступили пигментные пятна. Однако энергия по-прежнему била в нем ключом, а в глазах светился острый ум.

Хэдли сел в кресло.

— Сколько уже мы с тобой друг друга знаем, Джоунас? — спросил он.

— Долго, — откликнулся Джоунас.

— Значит, надо вернуться к самым истокам, да? Вернуться в Токио, в то время, когда МЭТБ еще даже не родилось, — Хэдли покачал головой и вздохнул. — Что здесь творится, Джоунас?

— Сегодня вечером?

— Нет, не только сегодня вечером, — сказал Хэдли. — Сегодняшняя беда, увы, подготавливалась целых шесть лет. О Господи! — подумал Джоунас. Он видел сводку!

— И насколько плохо обстоят ваши дела? — спросил Хэдли.

Джоунас рассказал ему все, что ему было известно.

— Боже милостивый! — ахнул Хэдли. — Если русские действительно заполучили эту информацию, наша разведка отброшена назад на... да лет на десять, а может, и больше! — Он покачал головой. — Даже явки раскрыты? Кошмар!

Он встал и начал мерить шагами комнату.

— Но кто нас продал, Джоунас? Это может быть только кто-то из нашей организации, причем тот, кто знает секретные шифры, имеет доступ к главной памяти и может потом уничтожить данные.

— Таких людей совсем немного, — задумчиво протянул Джоунас. — Даже большинство начальников не знает стирающих программ.

Хэдли нахмурился.

— Но зачем вообще уничтожать данные? Почему бы просто не украсть их? Компьютер этого даже не засек бы, как он засек уничтожение информации. То есть благодаря этому быстрее напали на след.

— Но, может быть, — предположил Джоунас, — именно в этом и состоит весь замысел. Может быть, неизвестный — кто бы он ни был — хотел, чтобы мы догадались о его поступке. Если так, значит его можно засечь. Надо попытаться прямо сейчас что-нибудь сделать! Это крайне важно!

Джоунас потянулся к телефону, но Хэдли взмахнул рукой, останавливая его.

— Не нужно.

— Но в чем дело?

— Мы с тобой старые соратники, — сказал Хэдли. — Больше того, мы старые друзья. Так что, наверное, тебе будет легче услышать это от меня.

Он перестал расхаживать по комнате и остановился напротив Джоунаса с таким видом, словно ему представлялась возможность высказать свою последнюю просьбу.