|
Найдя его менее суровым, чем прочие мятежники, я решилась спросить его, были ли какие столкновения между камизарами и королевскими войсками? - Их было несколько, - ответил он. - Между прочим, у Зеленогорского Моста севенский первосвященник был казнен нашими. Затем у Ансизского ущелья изрубили сен-серненских драгун. - А их капитан, - вырвалось у меня, - умер или ранен? - Маркиз де Флорак не умер и не ранен. Он должен жить: это - мученик Жана Кавалье. - Что это значит? - воскликнул с удивлением Вилляр. - Увы, сударь, я не знаю, - плача ответила Туанон. - Мне ничего больше не удалось узнать ни от этого человека, ни от его товарищей. Только один сказал мне однажды, когда я осведомилась о Флораке: "Маркиз-папист не умер; иначе брат Кавалье носил бы траур по нему". - "С какой стати?" - спросила я его. - "А потому, что жизнь этого паписта - жизнь, предназначенная для мести брата Кавалье; и брат Кавалье только и живет для этого". - "Но в таком случае участь капитана ведь ужасна!" - воскликнула я. - Тогда, сударь, этот человек проронил таинственные ужасные слова, которые до сих пор звучат в моих ушах: "Каждый день жизнь маркиза- паписта дает мести брата Кавалье свою слезу и свою каплю крови; и он будет жить еще долго". Тут Туанон упала пред Вилляром на колени и воскликнула раздирающим голосом, заливаясь слезами: - Ах, ваше превосходительство, сжальтесь над ним! Вы все можете. Избавьте его от ужасных пыток, которым, без сомнения, его подвергают эти чудовища! Верните его матери, которую он так любит, королю, которому он так доблестно служил. - Бедняжка! - проговорил глубоко тронутый Вилляр, поднимая Туанон. - Успокойтесь. Хотя я не могу проникнуть в эту страшную тайну, но по мне, именно обдуманная жестокость его врагов служит печальным, но верным доказательством, что не скоро еще лишат его жизни. Я знаю, какое участие в судьбе Танкреда принимают Ментенон и король. Его безутешная мать умоляла меня не отступать ни перед чем в поисках ее сына. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы его найти. Пока Психея обливалась слезами, Вилляр спросил Табуро: - Вы, значит, все время оставались на одном и том же месте? - Все время, сударь. По мере того, как мятеж разрастался, росло и значение их складов. Я уверен, что у них припасов более, чем на год. Там громадный запас пороха, свинца и оружия: это настоящий оружейный двор. - Лишив их всего этого, им можно нанести решительный удар, - проговорил задумчиво Вилляр. - А узнали ли бы вы дорогу, по которой пришли? - А на кой черт ее узнавать? - воскликнул чичисбей. - Достаточно было раз познакомиться с нею. Надеюсь, сударь, мы не считаете меня таким дураком, чтобы я снова залез в это осиное гнездо? - Облегчая нам возможность завладеть этими боевыми запасами, вы бы оказали громадную услугу королю, - промолвил важно Вилляр. - И его величество не упустил бы случая вознаградить вас. - Меня вознаградить! Я покорный слуга его величества и ваш, но поставить на карту голову и мои сто тысяч годового дохода! Скажите пожалуйста, что король может мне дать взамен! Сделать меня маркизом? Изволите видеть: маркиз де Табуро! Я и без этого достаточно смешон. |
