— Виноват, — тут же, как истинный армеец, подскочил с места подпоручик.

— Выполнение остальных заданий не оставило времени на тренировку навыка, — ответил я. — Исправлю в ближайшее время.

— Вот об этом я и говорю, — победно посмотрел ротмистр на профессора. — Каждый из вас развивается индивидуально и результат выдает сообразно вашим способностям и работе с окружающими людьми. Вот вы, Аркадий Сергеевич, получили знания по магии разума. Натренировали их. А напавших на генерал-губернатора бомбистов в это время задержал Григорий Мстиславович, который этой тренировкой не занимался. Запомните, в нашем деле главное — результат. Ваша учеба направлена на его получение, но если вы способны его давать без дополнительных занятий — никто их вам навязывать не будет. На этом все. Свободны.

Мы покинули класс, но выходя, я чувствовал на себе осуждающий взгляд Селиверстова. И пусть ротмистр вроде как встал на мою сторону, но когда я признался перед остальными сослуживцами, что не тренировал навык ощущения эмоций, то чувствовал стыд. Ну и просто нужно повышать свои магические способности. Да и свою «выключалку» потренировать. Почему бы не попробовать договориться об этом в Таганской тюрьме, как и советовал Алексеев? Решено! Сейчас же еду туда!

Глава 4

— Монументальное сооружение, — выйдя из брички, прокомментировал я открывшийся вид на здание таганской тюрьмы.

Из красного кирпича, охватывает аж два квартала и состоит из целого комплекса трех и даже пяти этажных зданий. Окна в трехэтажном здании узкие и высокие. В пятиэтажном — больше похожи на квадраты со стороной в метр.

— Тага-анка, я твой бессменный арестант, — протянул я возникшую в голове строчку.

И сам удивился, откуда она взялась. Что-то из прошлой жизни снова всплыло?

Отбросив ненужные мысли, я уверенной походкой двинулся к входу в здание тюрьмы. Вместо обычных дверей в стене к зданию была сделана пристройка всего два на два метра. Сначала заходишь в нее, там тебя останавливает стальная дверь со смотровым окошком. Над головой висит лампа, хорошо освещая «посетителя».

— Документы, — потребовал дежурный за дверью, открыв окошечко.

Я передал свое «удостоверение» жандарма.

— Тренировать дар?

— Да.

— Впервые у нас?

— Да.

Атмосфера в приемной «будке» не придавала мне словоохотливости. Хотелось поскорее ее покинуть, либо выйдя на улицу, либо наконец зайдя внутрь здания.

— Вам показать все?

Я от такого предложения чуть рот в удивлении не раскрыл.

— А у вас и такое практикуется?

— Не для всех, но к людям из вашего ведомства приказано оказывать максимальное содействие.

— Тогда я согласен.

Вернув мне бумагу, дежурный наконец отпер дверь и впустил меня внутрь. Я оказался в широком и довольно высоком арочном коридоре. Для освещения с потолка свисали лампочки через каждые пять метров. Дежурный оказался не один. За столом слева от входа сидел пожилой дядька в двубортном кителе с погонами городового старшего оклада. От уже привычных мне армейских знаков различия погон городового отличался тем, что был квадратным с плетеной веревкой поверх.

— Здравствуйте, — встав со своего места, коротко кивнул он мне и представился. — Иван Игоревич Ромашкин, — после чего тут же сел обратно, взявшись за ручку и придвинув к себе журнал. — Имя, должность, цель прибытия.

— Григорий Мстиславович Бологовский. Корнет жандармерии. Хочу потренировать магию разума.

Тщательно все записав, он снова посмотрел на меня.

— Николай проводит вас в изолятор, заодно и покажет, что тут есть у нас по пути. Но прошу надолго не задерживаться.