В итоге, оказавшись на перроне, мне хотелось только одного — поскорее попасть в управление, ополоснуться с дороги, смыв с себя весь негатив, что я буквально кожей ощущал в вагоне от окружающих людей, направленный в мою сторону, и завалиться спать. Но этим планам не суждено было сбыться.

Стоило мне выйти из здания Московского вокзала и начать выискивать взглядом ближайшего извозчика, как сжатый в моей руке чемодан вырвали, дернув на себя. Оглянувшись, я успел заметить лишь спину удирающего подростка, что пытался затеряться в толпе прибывших пассажиров.

— Ну уж нет! — оскалился я. — Не уйдешь! — и кинулся в погоню.

Расталкивая встречных локтями, я ни на миг не отставал от вора, который в отличие от меня ужом проскальзывал сквозь толпу, буквально ввинчиваясь в нее. Похититель бежал вдоль вокзала, предусмотрительно не покидая толпу выходящих, но и не забегая внутрь здания, где кроме служащих железной дороги были и представители полиции. На улице они тоже были, и один из них уже заметил наш забег, изо всех сил задув в сигнальный свисток, но догнать вора в толпе и ему было не по силам. Через пять минут, изрядно запыхавшись, я наконец вырвался за пределы толпы и радостно улыбнулся. Подросток бежал всего в паре десятков метров впереди и на открытой дистанции от меня точно убежать не мог. Поднажав, я в последний момент успел схватить его за шкирку, когда он хотел юркнуть в приоткрытую дверь какого-то трехэтажного дома.

— Попался! — выдохнул я ему в ухо.

— Это ты попался, — раздался бас выходящего из дома мрачного детины.

Ни слова больше не говоря, он сделал полшага к нам, оказавшись на расстоянии вытянутой руки, и резко ударил меня в переносицу...

* — в 1915 году из-за недостатка серебра и меди на изготовление монет в обращение были введены бумажные марки

Глава 11

Это мимолетное воспоминание из прошлой жизни пролетело передо мной как вспышка вместе с искрами, посыпавшимися из глаз после удара тяжелым кулаком. Тело мотнуло назад, и я не стал сопротивляться инерции. Наоборот — разжал правую руку, которой удерживал подростка и оттолкнулся ногой, падая на спину. Еще и руки в стороны раскинул, а подбородок чуть прижал, чтобы не удариться затылком о мостовую. Перекат, плечи заныли от удара о камни, но главное другое. Я снова оказался на ногах в паре метров от ошарашенного моим поступком детины, который уже занес вторую руку для добивающего удара, если бы мне первого не хватило.

— Быстрый, — растерянность у детины не продлилась долго, и он снова пошел в атаку, как бык набирая скорость и размахиваясь для нового удара.

Мелкий воришка тоже не терял времени даром, схватил выпущенный поначалу чемодан и тут же шмыгнул своему сообщнику за спину, после чего скрылся внутри дома. Я отметил это мельком, полностью сосредоточившись на здоровяке. Тот был выше меня на полголовы, а ширина плеч была такая, что легко достигала косяков дверного проема. Выглядел он устрашающе, о чем и сам знал. Но вот драться не умел совершенно! Легко поднырнув под его удар, я без зазрения совести вмазал ему кулаком по «колокольчикам».