По итогу у меня в кармане осталось лишь тридцать пять марочных копеек. Тридцать пять стоил завтрак в столовой, десять я потратил на извозчиков и вот — купил костюм, называется! Как прожить на эти деньги до получения пансиона, я представлял слабо. Была лишь небольшая надежда, что через два дня, как пройду проверку и получу назначение, мне выдадут и хоть какие-нибудь подъемные. Но и два дня прожить-то как-то надо!

Понимание, что я резко стал нищим, привело к тому, что от услуг извозчика я уже хотел отказаться. Лишь незнание города, да сверток с вещами подмышкой заставили меня скрепя сердце пойти на такие траты.

Выйдя из здания служебной гостиницы уже в новом костюме, я с горестью подсчитывал свои невеликие «сбережения». Похоже, по голове меня ударили гораздо сильнее, чем я предполагал. Иначе почему я совершаю такие глупые ошибки?

Было уже далеко за полдень, поэтому я не удержался и снова посетил местную столовую, ограничившись там обедом из каши и стаканом чая. И теперь у меня осталось лишь восемнадцать копеек.

В таком виде меня и застал у проходной Савелий Лукич. Он как раз зашел на территорию управления, и я чуть в него не врезался — так был увлечен своими мыслями.

— Решили примерить на себя роль рабочего? — весело улыбнулся он. — Вживаетесь в роль? Похвально! Взгляд у вас сейчас был один в один, как у работяги, получившего зарплату. Но мой вам совет — не держите деньги на виду. Это вызывает нездоровый интерес у окружающих. И простой работник фабрики никогда не будет вот так на улице пересчитывать свои сбережения.

— Спасибо, — поблагодарил я жандарма. И тут же спросил. — Савелий Лукич, а сколько на ваш взгляд стоит костюм, что на мне?

— Такой? Два с половиной рубля, если по материалам. Что? — заметил он, как скривилось мое лицо, — не сумели сторговаться?

— Сторговаться?

— Ну да, — пожал он плечами. — Вы же его в лавке брали? Ну вот! В лавке, да на рынках, цену вы будете платить такую, за какую сторгуетесь с продавцом. Это не ателье и не модный салон.

— А вообще сколько одежда стоит?

— Смотря какая.

— Ну хотя бы в среднем. Та же форма наша.

— Ваша форма казне обошлась в двенадцать рублей, — огорошил он меня. — В среднем же обычный костюм у портного, пошитый по вашей мерке и из качественных материалов, вы ниже, чем за десятку не найдете, голубчик.

— Так я хоть и переплатил, но не сильно, получается, — немного ободренный словами мужчины, вздохнул я.

— Не расстраивайтесь, — похлопал он меня по плечу. — Зато теперь внешне вы от рабочего какой-либо фабрики почти не отличаетесь. Вот только за рабочего вас все равно не примут, — снова ошарашил он меня.

— И почему?

— Ну как же. Их уклада жизни вы не знаете. Цен — тоже. Замашки у вас не работяги. Нет-с, никак не сойдете, — покачал он головой.

— Совсем нет вариантов? — хмуро спросил я.

— Ну-у... — протянул Савелий Лукич. — Можете снова сослаться на свою амнезию. Сказать, что очнулись и не помните ничего. Помощи попросить. Вас так вчера разукрасили, что в это как раз легко поверят. А там — и быт рабочего люда узнаете, и остальным они с вами поделятся. Даже могут помочь на первых порах.

— Спасибо, — снова поблагодарил я жандарма, после чего тот сослался на срочные дела и двинулся к главному зданию управления.

Покинув здание, в этот раз пешком я двинулся к московскому вокзалу. Дорогу я уже знал — расспросил у своих новых коллег в столовой. Поэтому потеряться не боялся. Так собственно и получилось.

Пока шел, старался наблюдать за проходящими мимо людьми. В особенности на мужчин.