— Надеюсь, пересчитывать мне не придется.

— Все ровно, ваше благородие — четыре рубля и ни копейкой меньше, — угрюмо подтвердил Акинфей.

Сергей предпочитал отмалчиваться, передав вести разговор старшему подельнику.

— Хорошо. У меня к вам вопрос будет — Хитровку знаете?

Оба мужика испуганно вздрогнули и неуверенно кивнули.

— Я хочу знать о ней как можно больше. Лучше, чтобы вы со мной туда сходили и на месте все показали.

Вот тут на лицах мужиков вместо испуга нарисовался откровенный ужас.

— Не губи, барин! — воскликнул на всю улицу Акинфей. — Лучше уж на каторгу, чем туда!

Блондинистый Сергей от страха перекрестился и начал читать шепотом молитву. Их реакция мне сильно не понравилась. И не тем, что они отказались, а потому, что я не понимал такой реакции. Что это за Хитровка, что в бывалых мужиках ужас вызывает? И с чего бы туда захотелось тогда молодой красивой девушке? Да еще дворянке?

— Так. Ну-ка, пойдем со мной... Да успокойтесь! — прикрикнул я на них, когда те попятились от меня. — Просто вдоль улицы пройдемся, и вы мне расскажите, почему так боитесь этого места и что это вообще такое.

— Так, господин, — впервые подал голос Сергей. — Все про Хитровку знают. Даже приезжие.

— А я вот — нет! Рассказывай, — надавил я голосом.

— Плохое это место, — плетясь за мной следом, начал Сергей. Акинфей лишь согласно кивнул. — Раньше говорят там просто рынок был, но теперь туда все самые темные людишки стекаются. Если от каторги хочешь скрыться, или просто заядлый убийца и насильник — тебе туда. С внешней-то стороны там до сих пор торговые ряды находятся. Даже купить что-то можно, только за кошелем внимательней смотри — срежут вмиг, и не заметишь. А вот внутрь лучше не соваться.

— Почему же там власть порядок не навела? — удивленно вздернул я бровь.

— Да как это сделать-то без большой крови? — удивился Акинфей. — Там же не только преступники, но и шаманы живут и колдуны. Проклятие там получить — что высморкаться. Даже полиция внутрь не суется. Боятся городовые. Дворяне тоже стороной обходят. Да и что там делать благородным? Вокруг Хитровки лишь усиленные патрули бродят, чтобы эта зараза дальше в город не пошла, но и только.

Слушая рассказ мужиков, я еще сильнее недоумевал. Зачем туда понадобилось Лидии? Или... меня так культурно послали?! Черт! Снова отсутствие памяти со мной злую шутку играет. Но может и просто мужики жуть нагоняют по каким-то своим причинам.

— Ладно. Еще что-то можете добавить?

— Не ходите туда, ваше благородие, — покачал головой Сергей. — Сгинете только.

Вот этот совет заставил меня отнестись к словам мужиков серьезнее, чем до этого. Если уж люди, которых заставили работать на тебя, тебя же и отговаривают от чего-то, то тут два варианта: либо хотят что-то утаить, либо считают действие таким опасным, что даже неприятного им человека жалко. И я склоняюсь ко второму варианту — ужас на лицах обоих был абсолютно натуральным, такой даже самому хорошему актеру изобразить непросто. А мужики далеко не актеры.

— Это уже я сам решу, — тем временем ответил я. — Идите пока. Как только понадобитесь, я найду способ с вами связаться.

Те ускорили шаг и, поминутно оглядываясь и даже мелко крестя, то себя, то меня, скоро скрылись с глаз. А я встал перед выбором — последовать их совету, или же все же сходить на этот мистический рынок? Даже если Лидия меня так элегантно послала, посмотреть на «достопримечательность» Москвы, известную далеко за ее пределами, будет небезынтересно.

Решившись, я вернулся в гостиницу, выложил полученные от мужиков деньги (их слова про воров-карманников я не пропустил мимо ушей) и, оставив себе пятьдесят копеек, поймал извозчика и двинулся к рынку.