— Наборщица текста в типографии купца Беляшова. Магией не владею.

— Артемий Васильевич Лебедев, — представился черноволосый курсант.

Голос громкий, поставленный. Отвечает четко, смотрит прямо, уверенно.

— Заканчиваю духовную семинарию. Магический дар есть.

— Садитесь, — одобрительно кивнул ему полковник.

Да и ротмистр посмотрел на парня чуть более благожелательно, чем на остальных. Похоже, у нас тут любимчик намечается.

— Григорий Мстиславович Бологовский, — дошла очередь до меня. — Поручик шестого драгунского полка, — эти данные я помнил по выписке, где было сказано о выдаче мне пансиона. — Комиссован по ранению, последний год был в коме. Предрасположенность к водной и ментальной магии.

— Бологовские вроде всегда землей владели? — вдруг оживился полковник. — Вы же внук Бориса Леонидовича?

— Так точно, — кивнул я, мысленно поминая деда «добрым словом».

Надеюсь, этот полковник с ним не на ножах.

— Он мне не говорил, что у него в роду разумники завелись, — нахмурился Олег Ярославович и вперил в меня требовательный взгляд.

— Последствия ранения. До него владел магией земли. На службе получил проклятие, после чего тип магии изменился, — вынужденно ответил я.

— Вот как? Удивительно, — покачал головой полковник. — Но чего только на свете не бывает. Хорошо, садитесь.

Уже представившиеся курсанты посмотрели на меня с удивлением, а кто-то, как Иона, и с завистью.

— Анатолий Владимирович Озерский, — встал широкоплечий шатен. — Подпоручик сто двадцатого кавалерийского полка. На обязательном ежегодном обследовании выявлен дар в магии разума, после чего предложили перейти к вам на службу.

— Садитесь, — новый короткий кивок от полковника.

— Ибрагим Ахметович Мирзоянов, — с сильным акцентом произнес чернявый юноша.

Новая форма на нем висела мешковато, было видно, что не привык он ее еще носить. Кроме этого к поясу он привесил себе кинжал, может даже фамильный. Уж очень хорошая отделка была у ножен. Какой-то мастер тщательно вырезал из дерева фигуру горного козла, несущегося с гор вниз, стремясь могучими рогами повергнуть врага.

— Студент Севастопольской офицерской авиационной школы. Есть дар к магии. Ментальной.

— Почему решили бросить учебу? — внезапно снова вмешался ротмистр.

— Не хочу быть авиатором. Высоты боюсь.

— Зачем же тогда поступали? — тут же вцепился он в парня.

— Старший в роду приказал.

— А сейчас, стало быть, вы ему наперекор пошли? — продолжал въедливо интересоваться ротмистр.

— Нет. Рассказал ему, что предложили стать жандармом. Старейшина сказал, что не против. Жандармов в роду не было, а в школу не только я от рода поступил.

После этого Алексеев удовлетворенно кивнул и вопросов не задавал. Полковник дал слово последнему курсанту. Тому самому мужчине с тростью.

— Аркадий Сергеевич Селиверстов, — встал он. — Преподаватель историко-филологического факультета в Императорском Новороссийском университете, кафедра истории. Владею магией огня, есть предрасположенность к магии разума.

— Присаживайтесь, — уважительно кивнул ему полковник.

Хотя уважение тут было скорее к учреждению, чем к самому Селиверстову.

— Ну а теперь, когда мы познакомились, перейдем к основной части нашей сегодняшней встречи. Всем вам было выдано задание, чтобы через его выполнение выявить ваши умственные способности, склонности и по итогу определить, в какой должности вы лучше всего сможете принести пользу нашей службе. Итак, начнем...

Глава 18

— Итак, начнем!

С этими словами полковник Вышневецкий пододвинул к себе стопку папок, что лежали перед ним, и открыл самую верхнюю.