Loading...
Изменить размер шрифта - +
Иначе я рискую превратиться в одного из тех бродячих пророков, которые на каждом углу возвещают близкий конец света и постоянно раскрывают чудовищные заговоры…

Что-то этот оборотень подозрительно быстро сдался. Может, молоденький? Не успел сил набраться? Или выдохся, выдавая себя за Маренго? Или в одиночку, без мысленной поддержки собратьев, они ни на что не годятся? Он опустился на пол, а старичье принялось толковать о том, что теперь будет с «Кличем». Я пристально наблюдал сразу за всеми, гадая, что же делать дальше. Хладнокровно убить человека я не в состоянии, пусть даже это не человек, а оборотень. Ну и?

Оборотень распластался на полу грудой полурастекшейся плоти.

Полковник Теверли перехватил мой взгляд. Я отпустил оборотня, достал из кармана рубашки серебряную цепочку, прихваченную на всякий случай. Теверли нахмурился.

– Я тебя вроде знаю, парень. Так?

– Угу. На островах служил. – «Сэра» он от меня не дождется.

– На островах? Я недолго там пробыл… Ба! Третий полк, команда Черного Пита. То есть сержанта Питерса. Ты тот парень, который мог найти девчонку где угодно, хоть посреди болота. Гаррих? Гаррет!

Фу, полковник! Вы меня смущаете!

– Ну что, Гаррет, я прошел испытание?

Таких подробностей никакой оборотень знать не может. Я кивнул.

Дверь открылась. Вошел слуга с подносом, принес перекусить. «Разрази меня гром!» – пробормотал я. Вот это маскировка!

– Чай, сэр… – Дуралейник выпучил глаза, выпустил поднос из рук. Грохоту-то, грохоту!

– Хватайте его! – прошипел я сквозь стиснутые зубы. – Это Слави Дуралейник! Хватайте!

Теверли мгновенно подчинился. К несчастью, одноногие редко побеждают в забегах.

Дуралейник исчез из комнаты, прежде чем кто-либо другой, кроме полковника, успел шевельнуться. И то сказать – едва осознали, что Маренго Норт-Энглиш на самом деле не Маренго, а оборотень, и тут… Вдобавок Тильда задержал Теверли: полковник очень не вовремя решил употребить власть. Пока он приказывал поймать Дуралейника, тот благополучно смылся.

Я выскочил в коридор. Ни следа. Словно в воздухе растворился. Честно говоря, я до сих пор сомневаюсь в правоте Релвея: он меня уверял, что Дуралейник не менял облика. Как ни крути, а Релвей – не то чтобы непогрешимый свидетель. Однако Покойник тоже отрицает, что Дуралейник – оборотень. Впрочем, не так давно нас всех убедили – уж меня точно, – что и Его Словоблудие можно одурачить.

Что ж… Подобно Таме Монтецуме, Дуралейник умел выживать в любых условиях. Будем утешаться тем, что вывели его из игры.

Что касается оборотня, его судьба решилась просто. Лейтенант Нагит, связав лже-Маренго покрепче, принялся убеждать в чем-то полковника Теверли и Тильда. Они долго что-то выясняли, но в конце концов лейтенант добился своего: мятеж ему простили. Однако взамен Теверли и старший Волк, которые, похоже, не сговариваясь нашли общий язык, потребовали себе оборотня.

Судя по выражению лиц, у них были к нему личные счеты. Оба как будто прикидывали, давно ли эта тварь ими помыкала. Я не стал уточнять, что подмена могла произойти буквально на днях. Они собираются обвинить его во всех смертных грехах – флаг им в руки.

Если им хватит ума, они запросто вернут «Кличу» все, что тот утратил, – достаточно объявить во всеуслышание, что последние конфузы объясняются коварством оборотней, то есть не-людей, проникших в самое сердце организации.

Теверли и Тильд напряженно размышляли – и расцветали на глазах. Я поманил Таму и ткнул пальцем в безвольно поникшего оборотня.

– Он твой, Эд.

Потом схватил Таму за руку.

– Пошли отсюда, дорогая.

Быстрый переход