– Второй причиной, по которой она старалась не высовываться, по крайней мере вначале, – это деньги Лоусона. Она знала, что он финансирует центр, и боялась, что, если Лоусон обнаружит конкурента, немедленно придержит денежки.

– Именно так он и поступил бы, – задумчиво кивнул Эллис. – Лоусон терпеть не может соперников и конкурентов в правительственных кругах и вне таковых.

Изабел кивнула:

– Да, только представьте удивление Амелии-Морин, когда после всех трудов и стараний соблазнить Рэндолфа и избавиться от его отца первое, что сделал этот болван, – уволил меня. Она понимала, что без меня Лоусон быстро потеряет интерес к финансированию центра.

– Ей приходилось осторожничать с Рэндолфом, – добавил Эллис. – Она не хотела, чтобы он понял истинную связь между центром и Лоусоном. Ей нужно было оставаться в тени. И она, разумеется, не желала, чтобы Лоусон узнал, как его бывшая любовница сменила имя и готовится завладеть одним из его драгоценнейших приобретений, а именно – Изабел.

– Ха! – оскорбилась Изабел. – Почему она вообразила, что мною так легко манипулировать?

– Это было огромной ошибкой с ее стороны, – заверил Эллис. – Именно это и привело ее к падению. После твоего отъезда в Роксана-Бич для Амелии все снова пошло наперекосяк.

– Точно, – согласился Винсент. – Прежде чем она успела сообразить, как вас вернуть, исчез Гэвин Харди. Она поняла, что он, должно быть, нашел что-то интересное в компьютере Белведера, и рассудила, что его находка, возможно, имеет отношение к анонимным клиентам.

Изабел состроила гримасу:

– Амелия, должно быть, струсила, поняв, что вы один из них.

– Еще бы не струсила.

Винсент глотнул апельсинового сока.

– Я сделал ошибку, когда сказал ей, что лично связался с доктором Белведером. Возможно, наговорил лишнего о встречах с ним после особенно больших доз CZ-149. В любом случае она не только здорово рассердилась, но и побоялась, что, если вы и Катлер узнаете, что анонимных клиентов было трое, Катлер начнет задавать еще больше вопросов и, возможно, поймет, что Клиентом № 3 был я. Вы правильно сказали, Катлер, – когда речь идет об экстремальных сновидцах, мир становится ужасно тесным.

– У нее были веские причины тревожиться, – хмыкнула Изабел. – Эллис действительно пришел к выводу, что вы и есть Клиент № 3.

Винсент устало вздохнул и поднял кружку с чаем.

– Я понятия не имел, что она убила Харди. Этого она мне не рассказывала.

– И неудивительно, – заметила Изабел, подвигая поднос с горой тостов поближе к духовке, чтобы они не остыли. – Амелия не хотела, чтобы вы узнали обо всех ее преступлениях и убийствах. Ведь в душе вы по-прежнему оставались порядочным человеком.

Винсент слегка повеселел.

– Катлер, насколько я понял, никакого CZ-149 следующего поколения не существует.

– Нет, – кивнул Эллис. – Лоусон закрыл программу.

– Ну что тут можно сказать? – пожал плечами Винсент. – Я ей верил. К тому времени меня охватило настоящее отчаяние.

– Да, и в этом состоянии вы тайно встретились с доктором Би, – кивнула Изабел, расставляя тарелки с яичницей, соевыми колбасками и тостами. – И он не сумел вам помочь.

– Да, все было бесполезно, – с мрачным видом кивнул Винсент, но тут же оживился и схватил вилку. – Как я уже говорил, он смог сказать только, что красное цунами – блокирующий образ. Да ведь я и сам это понял!

Дейв попробовал яичницу.