— Черными, — решила я. Меня охватил внезапный азарт, но победить я хотела, не имея изначально никакого преимущества.

Он развернул доску, черными фигурами ко мне.

— Она хорошенькая? — спросила я.

— Самая красивая женщина на свете, — ответил Бен.

— Ну надо же, и умница, и красавица, — сказала я с улыбкой. — Интересно, что она в тебе нашла.

Я было подумала, что он может обидеться на шутку, но он посмотрел на меня с теплотой и ответил:

— Полагаю, это одна из величайших загадок в мире.

— Итак, ты пригласишь меня на свадьбу? — спросила я. Внезапно мысль о свадьбе показалась мне невероятно привлекательной. Как было бы здорово, сгладить смерть Лиама версией «и жили они долго и счастливо».

— Конечно, — сказал Бен. — Если будешь держаться от моей мамы подальше. Ты же знаешь, она тебя ненавидит.

— Я в курсе, — сказала я. На самом деле, меня порадовало, что хоть кто-то признал очевидное отношение его матери ко мне, а не пытался уверить, что это всего лишь плод моего воображения. — А ты знаешь, почему?

— Знаю.

— И почему же? — спросила я, когда он не стал развивать эту мысль.

— Она не хотела, чтобы ты выходила замуж за Лиама.

Я знала, что он прав. Но должна была существовать более конкретная причина. Я помнила, что она меня очень любила, но за две недели до свадьбы резко изменила свое отношение ко мне.

— Это потому что я альбинос? — сорвался вопрос с моих губ.

— Что? — удивился Бен.

— Она не хотела, чтобы я выходила за Лиама замуж из-за моей внешности?

Он уставился на меня, и я прокляла себя за свой вид. Даже не оглядывая себя, я помнила, во что была одета и как выглядела... Синие джинсы и бледно-голубой топ. Ничего особенного, одежда как одежда. Но вот мои волосы были распущенными... Надо было собрать их на затылке или спрятать под шляпу. Сделать что-нибудь, чтобы они не выглядели такими отталкивающими.

Я вспомнила инцидент, который имел место во время моего последнего года в младшей школе. Я не могла вспомнить, как это началось, но, так или иначе, банда хулиганов — Хайди среди них — которая меня постоянно мучила, решила узнать, есть ли у меня кровь и настоящая ли она. Словно они и правда считали меня каким-то потусторонним существом. Это было во время урока физкультуры: несколько человек, включая меня, стояли по одну сторону с клюшками наготове. Мы ждали начала игры.

Разумеется, учительница там тоже была, но она судила игру и не особо обращала внимания на драки. Обычно рядом со мной всегда находился Лиам. Но так как это был урок физкультуры, он играл в футбол с мальчиками. Лиам бегал неподалеку, но недостаточно близко, чтобы услышать мои крики, если что. Кроме того, мне претила мысль звать на помощь. Я же не настолько беспомощная жертва. Я должна уметь постоять за себя. Но их было пятеро против меня одной. Они повалили меня на землю, и Хайди, усевшись сверху, впилась в мое плечо ногтями, чтобы расцарапать его до крови.

Не знаю, как он узнал о том, что происходит, вокруг было слишком много шума, чтобы Лиам что-то услышал, но в Хайди неожиданно что-то врезалось и повалило её на землю. Она визжала как резаная, когда он таскал её за косы по влажной траве, пока не подоспела учительница, чтобы оттащить его. Лиама сурово наказали. Его посадили в изолятор временного содержания за то, что он таскал Хайди за волосы, а потом еще раз отправили посидеть там за то, что отказался извиняться перед ней.

Так оно всегда и было — для него Снежная принцесса, а для остального мира — уродина. Да-да, моя семья любила меня, несмотря на мой внешний вид. Но Лиаму, будто на самом деле нравились мои белые волосы, бледная кожа и голубые глаза.