– С другой стороны, кто из Дома Мэй мог бы провернуть такое? К турниру от него было допущено всего шестеро бойцов. Их и Жнецами-то назвать язык не поворачивается. Обычные наёмники. Кто там вообще? Братья Зервасы? Их Обрубок выкупил из бойцовских ям. Ну, положим, драться они умеют, но мозгов у них – одна плошка на троих. Ещё за него вызвался выступить какой-то там бастардишка из Дома Варренов, совсем ещё юнец. И та сумасшедшая баба-воровка, как её там…

– И Харул Полудемон, – мрачно напомнил варлорд.

Китерхан раздраженно поморщился.

– Да, Харул, конечно, очень мутный тип. Но, в конце концов, он просто охотник на чудовищ, а не Жнец. К тому же, я уверен, что половина тех баек, что про него ходят – это пустой трёп. Который он сам же и распространяет, чтобы задрать цену на свои услуги.

– Но даже если он лишь наполовину так хорош, как о нём говорят…

– Да не мог он выкосить в одиночку четверых Жнецов! В то, что кто-то вроде него мог справиться с нашим молодняком, я ещё поверю. Но завалить Дангилая Ортоса…

– Ты недооцениваешь бойцов Надзула. Им, конечно, пока не хватает опыта, они горячи и порой неосмотрительны. Но это преданные бойцы. Я могу на них положиться, и они…

– … и они слабы, Зандор, – безжалостно отрезал советник. – И не надо на меня так зыркать, мальчик. Или ты взял меня советником для того, чтобы я тупо качал своей седой башкой, соглашаясь с любыми твоими словами?

Зандор остановился у стены, прислонился к ней спиной, скрестил руки на груди, устремив свой взгляд вниз, сквозь прозрачный пол. Кажется, его дурное настроение читалось издалека, так что другие посетители зала обходили его стороной, даже не пытаясь заговорить. А может, не хотели связываться после его недавней тирады, обращенной к Данакту Ортосу.

Он уже пожалел, что не удержал язык за зубами. Нужно быть осторожнее и дипломатичнее, особенно здесь, на турнире. Слова – это тоже оружие, и неуклюже бросаться ими – всё равно, что хвататься голыми руками за заточенный клинок.

– Ладно, говори, – кивнул он советнику.

– Тебя ведь и правда избрали на совете прайдов именно потому, что ты предложил новый путь для Великого Дома Гракх. Ортосы теснят нас, и уже давно понятно, что грубой силой с ними не совладать. Особенно сейчас, когда эта сила с каждым годом значит всё меньше. Ты на примере Обрубка можешь увидеть, что порой куда важнее, не кто держит меч, а кто за него платит.

– Ты равняешь меня с каким-то…

– Да нет же! Я лишь хочу сказать, что гракхи устали проигрывать. И нам нужна смена элит. Нужны новые яркие, сильные, молодые воины, которые поведут Дом к новым вершинам. И я, как ты помнишь, поддержал тебя, когда ты выставил на турнир именно таких людей.

– Повторюсь – верных мне людей, – напомнил Зандор. – Которым нужна возможность проявить себя и получить дары от Ординаторов. А где это сделать, как не на Жатве?

– Всё так. Но эти люди не станут новой элитой Гракхов, если просто погибнут там. А уже сейчас видно, что они не справляются. Сколько мы потеряли в первый же день от рук аборигенов? Нам пришлось задействовать почти весь резерв, чтобы возместить потери. А сколько трупов будет к концу второго раунда? Уже сейчас все шепчутся, что Дом Гракх в этой Жатве смотрится как никогда бледно.

– Ну, положим, дочка Ортоса тоже знатно облажалась. Да и их хваленый чемпион…

– От этого нам не легче. Тем более сейчас, когда объявился этот странный незнакомец со Светом зари. Да и у аборигенов еще сохранились очаги сопротивления…

– Ну и куда ты клонишь?

Китерхан подошел к варлорду вплотную и огляделся, убедившись, что никто на них не смотрит.