У Фила тоскливо заныл желудок. Ему очень не понравилось выражение глаз Эдриана и тон, которым тот произнес эту фразу.

— Это здесь.

Эдриан двинулся вперед. Фил последовал за ним.

Вдоль последней двери у самой стены аккуратно в два ряда стояли бутылочки, напоминающие баночки для анализов, которые раздают в больницах. Во всех было что-то вязкое, желтовато-белого цвета.

— Мы заглянули в одну из них. Это мужская сперма. Он сбрасывал ее и сохранял. Собирал, пока не наберется полный комплект баночек. Впрочем, для чего именно, пока не ясно.

— Какое-нибудь подношение? — предположил Фил. — Собирал все это для женщины, которую любит?

Эдриан скорчил гримасу.

— Дорогая, поздравляю с днем Святого Валентина. Очаровательно!

— Заберите это для экспертизы. Возможно, удастся найти совпадение по ДНК.

— Уже сделано. — Эдриан вздохнул. — Он здесь просто жил. Собирал свою мочу и экскременты в бутылки и коробки, прятал их под полом. И похоже, у него был здесь спальный мешок.

— А еда?

— Есть кое-какие остатки. Обертки от питательных протеиновых батончиков, всякое такое. Банки из-под энергетического напитка «Рэд Бул». Возможно, если ему хотелось чего-то еще, он спускался вниз, когда Сюзанны не было дома, и угощался.

— А теперь его и след простыл.

Эдриан кивнул.

— Это место уже остыло. Предположу, что он забрал Сюзанну и вместе с ней ушел отсюда. Он получил здесь все, что хотел, и возвращаться смысла не имеет.

Фил молча смотрел и думал.

Вырабатывал план, что делать дальше.

— А остальные… — наконец произнес он.

Эдриан повернулся к нему.

— Джулия Миллер, Адель Харрисон. За ними он тоже следил?

— Мог, в принципе…

— А я уверен, он точно следил за ними. — Фил огляделся по сторонам, и ему вдруг захотелось как можно скорее выбраться с этого чердака и начать что-то делать. — Справишься тут дальше сам?

Эдриан кивнул.

— Я должен заглянуть еще к одной женщине из нашего списка и проверить, не побывал ли он у нее.

Он вздохнул.

— Только этого нам не хватало. Помешанный сервайвелист. Просто замечательно!

Глава 64

— Эй! Мистер Бучан…

Молчание.

С того места, где сейчас стояла Анни, ей было хорошо видно место преступления на плавучем маяке. Набережная Короля Эдварда в районе гавани протянулась от моста Каузуэй через Колн с дорогими домами по обе стороны реки до ряда недавно обустроенных новых мест для причала. Дорожка была выложена бетонными плитами, а по сторонам ее через равные интервалы на специально подготовленных круглых площадках были высажены деревья. На каждом месте для стационарного причала был установлен тяжелый металлический кнехт, за который крепился швартовый конец, и розетка для подключения электропитания к судну. Позади нее за металлическим забором с острыми шипами наверху гудел трансформатор небольшой подстанции.

Суда здесь стояли разные. Были свежепокрашенные узкие баржи, приукрашенные в традиционных цветах и манере. Стояла одна побольше — наполовину дом, наполовину круизное судно — с плакатом на палубе, предлагавшем туры по реке вдоль берегов с клумбами и пристегнутыми на цепь велосипедами. Были тут и старые рыбацкие шхуны, переоборудованные под плавучие дома.

Наконец тротуар, деревья и столбы с разъемами электрических розеток закончились. Сбоку от узкой дороги исчезли последние частные предприятия, осталась только решетка остроконечной металлической ограды с поржавевшими табличками «Вход запрещен», а за ней — груды позеленевших старых досок и переполненные мусорные баки.