— Я очень рада, что ты пришел.

Микки проследил за ее взглядом и понял, на что она смотрит.

— О боже…

— Согласна. Я думаю, что мы попали на след. А Фиона Уэлч с ее психологическим портретом убийцы…

Она сокрушенно покачала головой.

— Именно об этом я и хотел поговорить с тобой, — сказал он. — Вчера вечером.

В ожидании продолжения Анни удивленно приподняла бровь.

Он снова осмотрелся по сторонам, глядя на все эти картинки и фотографии, которые явно выбивали его из колеи.

— Мы можем наконец выйти отсюда? По-моему, я этого всего уже достаточно насмотрелся.

Они вернулись на набережную. Анни была поражена тем, что здесь по-прежнему продолжает светить солнце. После пребывания в мрачном трюме этой яхты ей уже казалось, что она больше никогда не увидит солнечных лучей.

Похоже, Микки ощущал нечто подобное.

— Хочешь мороженое?

— Я хочу стакан джина с тоником. Причем чем больше, тем лучше.

Он расхохотался.

— И я не осуждаю тебя за это.

Улыбка ее растаяла.

— Итак, насчет вчерашнего вечера…

Она попыталась улыбнуться, но, после всего того, что они только что видели, это оказалось не так просто.

— Фиона Уэлч, — сказал Микки. — Что ты о ней думаешь?

Анни пожала плечами.

— Я с ней не особенно-то и пересекалась. Не могу сказать, что она лучший профайлер, с которым доводилось сотрудничать.

— Я ее что-то никак понять не могу. То она не хочет со мной говорить, а в следующую минуту от нее уже не отцепишься.

— Должно быть, все дело в твоем лосьоне после бритья. Знаешь, эффект «Линкс», как в рекламе?

— Я серьезно. Она уже начинает меня доставать. Я думал об этом вчера вечером. А сегодня утром, когда Энтони Хау пытался покончить с собой, я тоже наблюдал за ней.

— И что?

Он огляделся по сторонам, словно стесняясь высказать свои мысли.

— Я, конечно, не знаю, но мне кажется, что она просто балдела от этого зрелища. Как будто для нее это был какой-то грандиозный триумф. — Он опустил глаза. — Как будто… все идет по ее плану.

Анни уставилась на него.

— Что ты имеешь в виду?

Руки Микки беспокойно задвигались.

— Я… Вот послушай. Я проверил по записям в журнале. Вчера вечером она ходила разговаривать с ним, с Энтони Хау. Спускалась к нему в камеру, после того как Фил закончил допрос. — Он вздохнул. — И еще… Я иногда смотрю на нее в офисе, когда она думает, что ее никто не видит, и она так странно улыбается.

— Очень редкая картина. Особенно в нашем офисе.

— Я не только это хотел сказать. Это выглядит так, будто… ну, не знаю… будто она смеется над нами. Над всеми нами. Как будто это один большой тайный розыгрыш. — Он вздохнул. — Ох, я правда не знаю. Наверное, очень глупо произносить все это вслух. Возможно, я на ровном месте просто раздуваю из мухи слона. Но… В общем, она мне не нравится.

Анни внимательно смотрела на него. Неловкость Микки казалась ей вполне искренней. И он не был похож на человека, который станет бросать ложные обвинения просто так, ради самого процесса.

— Ну и как ты считаешь, что она сделала?

— Не знаю.

— И что ты собираешься предпринять по этому поводу?

— Этого я тоже не знаю. Я просто хотел… не знаю… Рассказать кому-нибудь. — Он отвел глаза и посмотрел вдоль набережной.