Фиона подняла голову. В глазах ее роились десятки незаданных вопросов. Ей явно хотелось остаться. И она рассчитывала на это. Но взгляд Фила был непреклонен. Фиона опустила глаза. Сунув «БлэкБерри» обратно в сумку, она вышла в кухню.

Фил снова переключил свое внимание на Паулу.

— Сержант Фаррел выходил к вам вчера, чтобы поговорить?

Она кивнула.

— Выходил. Спасибо вам.

— Хорошо. А наша сотрудница из Отдела семейных отношений?

Она, опустив глаза на ковер, снова кивнула.

— Она хотела остаться со мной, но я отказалась. Пусть просто держит меня в курсе, чтобы я чувствовала свою причастность к делу, и этого будет достаточно. — Она посмотрела на него. — Это все, чего я хочу, мистер Бреннан. Просто знать, что происходит.

— Я понимаю.

— Спасибо вам.

Он выдавил из себя еще одну улыбку. Лицо Паулы снова помрачнело.

— А та девушка, из новостей… она… Это вы занимаетесь ее делом?

Он подтвердил, что это его расследование.

— Именно поэтому я здесь. Мы считаем… Подчеркиваю, мы пока точно ничего не знаем, но думаем, что эти два преступления могут быть связаны между собой.

— И Адель тоже?

— Об этом я и хотел поговорить, — сказал он. — У меня есть к вам несколько вопросов. Относительно Адель.

Паула зябко обхватила себя руками за плечи, понимая, что это может быть неприятно.

Из кухни раздался грохот. Паула подскочила.

Нужная атмосфера была нарушена. Выругавшись про себя, Фил встал.

— Простите, я на секундочку.

Глава 44

Сюзанна снова не слышала ничего, кроме собственного дыхания.

Та, вторая женщина, ее напарница по заключению — если она именно таковой и была — сдержала свое слово и после вспышки активности замолчала. Наступила тишина, и в голове Сюзанны, словно шипящие и пенящиеся пузырьки пара в кипящей воде, стали бешено метаться оставшиеся без ответа вопросы. Вопросы, страхи, крики — все, что угодно, только не проблески надежды.

Все, кроме надежды.

Она попыталась пошевелиться и устроиться поудобнее, перенести вес на бока и спину, чтобы не так затекали мышцы. Это здесь еще можно было сделать, но любое перемещение было временным. Недостаток пространства приводил к тому, что ее тело неизменно возвращалось в первоначальное положение.

Она не знала, сколько времени уже здесь находится. Это могли быть минуты, а могли и часы или даже дни. Нет, дни не могли. Потому что она еще не ела с момента, как попала сюда. А теперь проголодалась. Не говоря уже о том, что ей хотелось в туалет.

Словно в подтверждение этого, у нее заурчало в животе.

И увеличилось давление в мочевом пузыре.

Сюзанна снова осознала весь ужас своего положения, и ее в очередной раз охватила паника. Она пыталась найти какой-то выход, судорожно упиралась связанными руками в крышку ящика, била и била в нее, громко дыша и сопровождая удары отчаянными криками.

Все бесполезно. Сердце тяжело стучало в груди, а она задыхаясь лежала на спине, почти физически ощущая присутствие собственного дыхания.

— Лучше, если вы будете просто лежать… так легче…

Голос вернулся снова.

— Но я… я хочу есть. И мне нужно… нужно в туалет.

— Просто терпите. Терпите.

Голос звучал вкрадчиво, тихо и ровно. Балансировал на цыпочках, готовый сорваться в долгое кричащее падение.

— Терпеть? Но как долго? Я уже не могу …

— В какой-то момент нас выпустят. Потерпите до этого времени.

— Что? Когда?

— Не знаю… — Спокойствие голоса начало трещать по швам.