– Это за крысу, мудило, – объяснил я свой поступок и выскочил на улицу.

Грог уже работал. Они с псом отдалились, и пришлось нагонять их бегом. Вскоре мы скрылись за поворотом, что вёл к улице Янина, мимо бывшей школы-интерната. Дальше Хан провёл нас мимо брошенных заводских цехов, в сторону городской больницы, здесь девушка свернула вправо, пересекла центральную дорогу и углубилась в частный сектор. Там уже добралась до полей, снова пересекла трассу, где двинулась в сторону следующей деревни. И здесь пёс заскулил, несколько паз чихнул и принялся тереть лапой нос.

Я присел и пошебуршил рукой то самое место, где Хан замер – табак. Старый добрый способ сбить со следа собаку. Будь у нас их несколько, вряд ли такое сработало бы, но увы… Придётся пока самим поработать, а там зверь, глядишь, прочихается и снова встанет на след.

Снега намело уже немало, хоть следы кое-где и проступали, но больше приходилось полагаться на интуицию, которая почему-то сейчас молчала.

Мы прошли до конца деревни, снова вернулись на трассу, но ничего и никого не обнаружили. Вернулись обратно, где Грог вновь попытался заставить Хана работать. Пёс не спорил, старался изо всех сил, однако каждый раз возвращался к хозяину и виновато заглядывал тому в глаза. Так мы постепенно вернулись обратно к месту, где Хан в очередной раз нарвался на табак. Всё, теперь пса можно смело вычёркивать из уравнения. Однако мою голову посетили определённые мысли.

– Света, Макс, выходите! – крикнул я. – Сейчас я все дворы прочешу, всё равно ведь найду! Свет, ну чё ты как девочка-то, в самом деле?!

Прошло несколько секунд, и в доме справа скрипнула дверь, на крыльце объявилась Светка.

– Отвали, Морзе, я тебе не жена!

– Вот так нихуя себе мы заговорили?! – всплеснул руками я.

– Да тебе всё равно на меня насрать, думаешь, этого не чувствую?! Отвали, мы как-нибудь сами обойдёмся.

– Ты дура, нет? Вас же грохнут в следующей крепости. Ну куда ты собралась, а? Пошли домой, не психуй, я не собираюсь подставлять Макса.

– Ты, может, и не собираешься, зато он, дурак, уже связь налаживать начал. А всё ты со своим языком!

– Я с ним поговорю. Ну перестань, чё мы как эти, пошли домой, там поговорим.

– У меня день рождения вчера был, – внезапно заявила та.

– Ох, ебать, – усмехнулся позади Грог. – Мы, наверное, в крепость пойдём. А тебе, походу, пизда, шеф.

С этими словами напарник приложил меня ладонью по плечу, и они с Ханом побрели обратно.

– Я же не знал, – довольно слабо попытался отмазаться я.

– Вот именно, Саш, а не догадываешься почему?

– Блин, да хорош тебе, – мне вдруг действительно стало стыдно. – Сама же понимаешь, столько всего вокруг, я и число-то сегодня не знаю какое. Ну прости, Свет, согласен, мой косяк.

– Двадцать пятое января, – с ухмылкой выдала Светка. – Козлина ты, Морзе.

– Да я знаю, – пожал я плечами и почесал переносицу.

– Иди, поговори с ним, он там на диване сидит. И сигарету мне оставь.

– Ты куришь разве?

– Тебе справку от мамы может ещё показать? – огрызнулась та, продолжая чувствовать свою правоту.

Я молча достал две сигареты, прикурил одну и протянул девушке, после чего закурил сам и шагнул в дом. Позади раздался кашель, который заставил меня улыбнуться. И чего я, в самом деле, хорошая же баба, умная…

– Ну, рассказывай, – уселся я напротив, на жалобно скрипнувший стул. – Что за самодеятельность ты мамке устроил?

– Дядь Сань, я помочь хотел.