Впрочем, котелок пацан не убирал. Повесил его сушиться на покосившийся штакетник, который сейчас и полетел в костёр. Гореть он будет недолго, а жара, для приготовления каши, даст вполне достаточно. Парень с трепетом вскрыл мешочек с гречневой крупой и втянул ноздрями воздух над ним. В детстве он ненавидел гречку, но сейчас отыскать данную крупу было сравни кладу. С чего вдруг ему взбрело в голову себя побаловать? Да всё просто: вчерашний ужин, он же сегодняшний завтрак, до сих пор стоял поперёк горла. И несмотря на лютый голод, Макс не хотел снова впихивать в себя опостылевшую перловку. Однако это самая дешёвая и самая доступная крупа на сегодняшний день, не считая разве что пшёнки. А овёс Макс до сих пор есть брезговал, считая его пищей для скота. Но многие жрали, да ещё и нахваливали, а пацана каждый раз передёргивало от вида тех соплей, в которые превращалась данная крупа в каше.

Гречневый аромат распространился по округе, и живот парня весело заурчал. Но это было лишь частью задуманного, Макс уже открыл банку тушёнки и теперь вмешал её в горячую кашу. Аромат сразу стал одуряющим, и пацан едва удержался, чтобы не опустошить котелок. Всё же он не один. И да, пусть она его предала, но морить девушку голодом — как-то совсем не по-людски. Больше того, Макс справедливо считал, что такого отношения никто не заслуживает, даже самый заклятый враг. Лучше его сразу убить, чем вот так издеваться и мучить.

— Ты спишь? — парень постучал ногой в дверь.

— Уже нет, — сонным голосом отозвалась девушка. — Что, уже пора?

— Нет, спрячься в тёмный угол, я захожу.

— Сейчас, — раздался шорох за дверью. — Входи.

Макс зачем-то кивнул, будто девушка могла его видеть и толкнул дверь. Зайдя в комнату, первым делом поспешил прикрыть её, предварительно затянув пальто внутрь. Он снова подоткнул им щель, но теперь уже изнутри. Только после этого охватил взглядом комнату, обнаружил Анфису и замер, уставившись на обнажённую девичью грудь.

Она стояла в углу, с растрёпанными волосами, которые огненными водопадами спадали по плечам и ярко выделялись на фоне белой, словно фарфор, коже. Небольшая грудь, с аккуратными, острыми сосками, плоский живот, плавная линия талии, переходящая в округлые бёдра. Макс едва смог проглотить, вмиг ставшую вязкой слюну и продолжил тупо пялиться на Анфису, не в силах произнести ни слова. А та улыбалась, считывая весь его кровоток и даже широкие штаны, были неспособны скрыть то, куда он сейчас устремился. Но пацан боролся. Он был не в состоянии прекратить рассматривать её, но внутреннего стержня хватало, чтобы не наброситься на девушку.

— Здесь было душно, — продолжая улыбаться, спокойным голосом произнесла Анфиса.

— Оденься, — от этих слов, Макс очнулся, вышел из оцепенения, поставил на стол котелок с горячей кашей и намеренно отвернулся.

— Уверен? — прозвучал за спиной игривый тон, притом уже довольно близко.

— Нет, — покачал головой пацан, повернулся и посмотрел ей прямо в глаза. — А ты… Уверена?

— На все сто, — слегка склонила голову набок та.

Мир исчез быстрее, чем Макс успел это понять. Вот он стоял напротив и тонул в изумрудной зелени её глаз, а затем их губы столкнулись. Взрыв страсти на это раз превзошёл даже тот, первый. Они будто голодные звери набросились друг на друга и было плевать, что во время поцелуя едва не крошились зубы, которые периодически сталкивались в попытке слиться воедино.

Глава 15

Подсказки

Под ногой предательски скрипнула ступень.