Утро вдруг окрасилось для нее всеми цветами радуги, несмотря на то что солнце еще только просыпалось. Будто Ричард обладал каким-то мощным волшебством, способным всему вокруг придать праздничный оттенок.

— Что такое? — Заметив ее пристальный взгляд, Ричард оглядел себя. — У меня что-то не так?

— Нет-нет, все в порядке, — продолжая улыбаться, ответила Терри.

И по тому, как она это сказала, Ричард неожиданно понял, что не сможет отпустить ее, не попробовав на вкус сладость ее губ, не прикоснувшись к ее соблазнительному телу…

— Давайте я покажу вам окрестности, — предложил он, пытаясь отогнать навязчивые мысли.

Они тронули лошадей, направляя их в нужную сторону.

По дороге Ричард очень много рассказывал Терри об этих местах. Она была поражена его познаниями. Она и не заметила, как заслушалась. Потом они спешились и продолжили прогулку, ведя лошадей в поводу. Дорога вывела их на вершину холма, откуда открывался прекрасный вид на окружающие просторы.

И Терри засмотрелась на эту красоту, окрашенную в оранжевый цвет вставшим из-за горизонта солнышком.

— Здесь просто чудесно! — воскликнула она, повернувшись к Ричарду и взглянув в его яркие пронзительные глаза.

И слова замерли у нее на губах.

Потому что в этот момент что-то дрогнуло в ее душе, будто натянутая струна вдруг сыграла в последний раз и разорвалась, спружинив в разные стороны. Ричард сделал шаг ей навстречу, обхватил ладонями ее лицо, посмотрел в ее глаза, которые обещали все только самое прекрасное…

Его губы прикоснулись к ее губам, трепетно и нежно целуя ее, такую недоступную и в то же время соблазнительную в своей вызывающей красоте.

Его язык пробежался по нижней губе Терри, дразня ее, обещая наслаждение. И Терри не выдержала, сдалась, приоткрыла губы, отвечая на поцелуй.

И целый вихрь ощущений захватил их, когда они самозабвенно целовались…

Терри никогда не думала, что обыкновенный поцелуй может быть настолько прекрасен. Ричард даже не догадывался, что на этой планете найдется хоть одна женщина, которая пробудит в нем такую бурю эмоций.

Он ошибся.

Это следовало признать.

С этим надо было смириться…

Солнце обогревало их своими утренними, еще не слишком жаркими, лучами, даря им свое тепло, словно благословение.

Терри трепетала от поцелуев, которые не прекращались. Ей казалось, что так не бывает. Не может быть, чтобы она, взрослая женщина, так реагировала на это…

Но это было…

И это было чудесно…

И она ничего не могла с этим поделать…

Они так были увлечены друг другом, что не заметили, как за ними наблюдают. Через несколько мгновений, развернув свою лошадь, женщина уехала.

Терри неожиданно оттолкнула Ричарда.

— Нет, так нельзя! — воскликнула она.

— Но почему? — Его глаза выражали искреннее удивление.

— Потому что мы просто не должны! — Она не знала, чем аргументировать свои слова, и злилась на себя за то, что не может это сделать.

Ричард обнял ее за талию, привлек к себе.

— Не бойся, — прошептал он ей на ухо, отчего мурашки пробежали по всему ее телу. — Я ничего плохого тебе не сделаю.

Терри застонала. Ей так хорошо с ним! Так хорошо! Ну почему она не может получить хоть частичку того счастья, которое обещали эти поцелуи?!

А и правда — почему?

Нет, нет и нет! Она не может! Это неправильно! Она пишет о нем статью. И в этой статье не должно быть ничего личного! Лишь факты, изложенные непредвзято…

— Мы просто не должны, — упрямо повторила она, прижимаясь к его груди и слыша, как бьется его сердце.