— И вовсе я не надуваю губки, — все так же тускло проговорила Марта.

Джек усмехнулся:

— Меня не обманешь. Если бы дулась, скажем, Эдит, я бы не удивился. Но вы для своих двадцати трех действительно очень сдержанная и спокойная.

— Может быть, потому, что я осталась одна, без родителей, в восемнадцатилетнем возрасте, — отозвалась Марта и тут же пожалела о сказанном.

— Да, наверное.

Они надолго замолчали, а потом Джек неожиданно проговорил:

— Это, вероятно, стало для вас сильным потрясением.

Искреннее сочувствие в его голосе поразило Марту.

— Ничего, я справилась.

И тут Джек удивил ее еще больше. Он на мгновение оторвал руку от руля, накрыл ладонью ее руки, сложенные на коленях, и легонько их сжал.

— Для этого надо иметь большое мужество и силу духа.

Марта невольно загляделась на его изящные длинные пальцы. Даже странно, что у такого огромного мужчины такие красивые руки. Наверное, они могут быть очень нежными… И подарить восхитительное наслаждение.

Смущенная собственными мыслями, Марта опустила глаза и сосредоточенно уставилась себе под ноги.

Конечно, ей и раньше нравились мужчины. Были такие, к которым ее влекло. С которыми ей было приятно целоваться. Иногда она позволяла им ласкать себя. Но пока Джек Рассел не прикоснулся к ней, она даже понятия не имела, что в ней таится столько невостребованной страсти. Все ее существо, казалось, горело огнем, исполненным безудержной чувственности.

Марте это не нравилось. Вернее, это ей слишком нравилось.

Но у этого человека есть невеста. Он — сводный брат Силвии. И дотронулся до нее только потому, что хотел выразить свое сочувствие, а не потому, что хотел приласкать ее.

Слава богу, они уже выехали из аллеи цветущих магнолий на главную дорогу.

— Я выйду здесь, — быстро проговорила Марта. — Мы немного пройдемся пешком. Спасибо, что вы нас с Красавчиком подвезли. И вообще спасибо. Я замечательно провела время. Спасибо.

Она и сама понимала, что заговаривается. Похоже, ей действительно не помешает пройтись пешком, чтобы слегка успокоиться.

— Увидимся завтра, — отозвался Джек. Марта вышла из машины и захлопнула дверцу.

— До свидания, — проговорила она, избегая прямого ответа.

Дома Марта первым делом выпустила Бинго во двор, чтобы собака немного размялась. Потом она собралась сделать себе кофе, и тут как раз зазвонил телефон. Это был тот самый звонок, которого Марта ждала. Старинные друзья собирались заехать к ней послезавтра и подтвердили, что будут обязательно.

Марта все же сварила кофе и уселась на веранде с дымящейся чашкой. Она старалась не думать о том восхитительном и одновременно пугающем мгновении, когда Джек Рассел прикоснулся к ее рукам. В это мгновение Марта пережила самые противоречивые ощущения. Она почувствовала себя защищенной от всех бед и в то же время уловила какую-то смутную угрозу. Ей было спокойно и одновременно немного страшно. И еще — в ней всколыхнулась такая безудержная, обжигающая чувственность, о существовании которой она даже не подозревала.

Обыкновенное физическое влечение, убеждала себя Марта. И не более того.

Тогда почему она вся трепещет, стоит ей только подумать о Джеке? В конце концов, она ведь не девочка-школьница, которая впервые в жизни испытала вожделение. Да, в свои двадцать три года Марта была все еще девственницей. Но это не значило, что ее никогда не привлекали мужчины. И что у нее не было искушения переспать с привлекательным поклонником, пусть даже сейчас она уже с трудом припоминала лица тех мальчиков и мужчин, которые когда-то казались ей интересными.