— Ничего, мы теперь скверная мишень.

Станция давно осталась позади.

— Рыжебородый… — ветер обрывал его слова. — Вскочил… поезд… когда мы…

Наконец он убавил ход машины и затем совсем остановился. Девушка была рада сойти с неудобного сиденья. Робин потушил фонарь.

— Полиция предупреждена по телефону и будет следить за проезжающими.

С этими словами он столкнул машину с дороги.

— Вы сейчас спросите, куда мы идем? — предположил он, отряхивая с брюк грязь.

— Нет, но где мы находимся?

— Это и я хотел бы знать, — подняв голову, он глубоко вдохнул воздух. — Море!

Октобер повела носом и сморщила его:

— Не чувствую ничего похожего на Атлантический океан.

— Река, — серьезно сказал Робин. — Меня интересует, около какого места мы находимся. Надо найти убежище.

Стало светать. Было холодно. Октобер устала до такой степени, что готова была упасть и заснуть тут же, на дороге.

Наконец они подошли к реке. У причала чернела длинная баржа. Уже достаточно рассвело. Они увидели человека, спавшего на берегу под пестрым одеялом. Это был негр. В потухшей золе костра виднелся котелок с пищей. Робин перешел по мосткам на баржу. Это была, несомненно, угольная баржа. На корме виднелся открытый люк, под которым находилась каюта для экипажа. Полукруглые нары были свободны. Запора не существовало.

Вернувшись на берег, он застал Октобер спящей. Робин перенес ее на баржу, спустил в каюту и положил на нары. Это стоило ему последних сил. Еле дотащившись до крышки люка, он захлопнул ее и, почти упав на пол у входа, заснул тяжелым сном. Сквозь сон он слышал топот ног по палубе, шум работ, проклятия, но усталость брала свое и он снова засыпал.

Когда он, наконец, проснулся, Октобер сидела на нарах и ела бисквит.

— Вам письмо, — сказала она, протягивая конверт.

— Пришла почта? — удивился Робин.

Темнота, царившая в каюте, не позволила ему прочесть письмо, и он опустил его в карман.

— Письмо было завернуто вместе с едой, — пояснила Октобер.

— Боже, какой вы смешной!

Она рассмеялась.

— Если вас радует угольная пыль на моей физиономии, то и ваше лицо не лучше.

Робин с удовлетворением услышал восклицание ужаса.

Он осторожно приподнял крышку люка. Берег двигался. Они плыли. Баржу тащил буксир. На корме дремал негр. Удовлетворенный осмотром, он нырнул вниз. Октобер за это время обнаружила помпу для откачивания воды и успела умыться.

— Куда мы плывем? — с тревогой спросила она.

Робин только показал направление рукой. Вперед или назад — он и сам не знал.

— Мы должны выждать до ночи.

Подойдя к помпе, он тоже смыл густую грязь с лица.

Вскоре Октобер снова заснула. Вначале Робин каждый час выглядывал из люка, но потом ему это надоело и он тоже задремал. Ему снился дом Свида и повесившийся там человек. Почувствовав прикосновение руки, он очнулся.

— Мы стоим, — послышался шепот Октобер.

Чей-то голос спрашивал негра, не видал ли он мужчину и женщину прошлой ночью. Затем раздались тяжелые шаги по палубе.

— Что там внизу? — спросил тот же голос.

Робин схватил вещи и втолкнул Октобер в камеру нагнетательной помпы. Узенькая дверца открывалась в сторону их нового убежища. Он уперся спиной в дверь, а ногами в борт баржи. Было слышно, как открылся люк и кто-то спустился в каюту. Голос негра проговорил:

— Никого, сэр. Я не был здесь целый день, сэр…

— Где вы спите? — спросил голос сверху.