– Я не хочу останавливаться, - сказала Эвелин с леденящим душу хладнокровием. - Да, я могу погубить их всех. Одного за другим, медленно, осторожно, как я и намеревалась.

Она не выказывала никаких признаков безумия, на нее опять снизошло ужасающее спокойствие, которое казалось Медлин хуже сумасшествия. Темная сила уносила Эвелин за пределы разума, за пределы сострадания, за пределы логики. Сила, неотвратимая, как видение в кристалле.

Неужели и впрямь невозможно остановить Эвелин, победить пророчество? Медлин снова и снова задавала себе этот вопрос. Эвелин смотрела на Медлин холодно и оценивающе, но, когда она заговорила, в ее голосе звучало сочувствие:

– Мне жаль, что вы оказались замешанной в это, Медлин. Вы мне нравились, действительно очень нравились.

Нравилась? Эвелин говорила о ней так, будто Медлин уже умерла, и от этого кровь стыла в жилах.

– К сожалению, - продолжала она, - вы оказались здесь, и я вынуждена извлечь из этого пользу.

– Что? Что вы хотите этим сказать?

– Вне всякого сомнения, муж отправится вас искать.

– Нет! Он не пойдет. - Медлин говорила слишком быстро, обнаруживая предательский страх. - Я… я хочу сказать, он даже не знает, где я.

– Но он располагает особыми средствами, чтобы это узнать, чтобы следить за вами, не так ли?

– Я не знаю, о чем вы говорите.

– Не пытайтесь отрицать, Медлин, - перебила ее Эвелин. - Я прекрасно осведомлена о способностях вашего мужа. То, чего я не сумела вытянуть из Романа, я узнала от Бесс. С ним непросто справиться, с вашим Анатолем. Как уничтожить человека, который способен отшвырнуть тебя прочь одним усилием воли? Его нужно захватить врасплох. А как захватить врасплох того, кто наделен нечеловеческой способностью чувствовать человека на расстоянии? Но, может быть, это чувство даст осечку, если Сентледжа отвлечь. Например, страхом за жизнь того, кто ему очень дорог. Как вы думаете, Медлин? - Эвелин смотрела на нее, насмешливо подняв брови.

– Нет! - задохнулась Медлин. - Я не позволю использовать меня, чтобы заманить Анатоля в ловушку!

Эвелин направила на нее пистолет.

– Дорогая, у вас нет выбора. Вы должны мне помочь, иначе…

– Иначе вы застрелите меня, как Романа? Стреляйте! - вскричала Медлин. - Я скорее умру, чем стану приманкой для Анатоля.

– Не будьте дурочкой, дорогая.

Сердце Медлин колотилось с бешеной частотой. Она попыталась взять себя в руки, успокоиться, чтобы прояснить разум, найти у Эвелин слабое место. Секунды тянулись бесконечно. Почему Эвелин не стреляет? Она убила Романа без всяких угрызений совести.

Убила Романа. В голове у Медлин возникла картина: Эвелин идет по дорожке с дымящимся пистолетом в руке.

Она скептически посмотрела на женщину.

– Вы блефуете. Пистолет не заряжен. Эвелин вздрогнула, но быстро оправилась и улыбнулась.

– Хотите проверить?

Она подняла пистолет, однако Медлин видела, что в ее глазах мелькнуло сомнение.

– После того как вы застрелили Романа, у вас не было времени заряжать.

Улыбка Эвелин превратилась в безобразную гримасу. Она отпустила курок, который вернулся на место с сухим щелчком.

– Вы слишком умны, - процедила она сквозь зубы.

И внезапно бросилась на Медлин. Та попыталась увернуться, но пальцы Эвелин впились в ее руку. Медлин яростно сопротивлялась, однако Мортмейн оказалась жилистой и крепкой. Она рывком поставила Медлин на колени и занесла пистолет над ее головой.