– Греческий миф об Амуре и Психее. Вы его знаете?

Медлин не верила своим ушам. Грозный воин поймал ее на обмане - и заводит речь о мифологии?

– Да, - настороженно ответила она. - Амур и Психея… Царская дочь Психея взяла в мужья загадочного чужеземца, который обещал ей все, чего она только пожелает… но с одним условием. Она никогда не должна была видеть лица своего супруга. Однако… - Медлин неловко смолкла, поняв, куда клонит муж.

Анатоль продолжил за нее:

– Однажды ночью любопытство и страх победили. Опасаясь, что взяла в мужья чудовище. Психея вооружилась кинжалом, взяла светильник и прокралась в спальню мужа, чтобы увидеть лицо спящего.

Медлин вздернула подбородок.

– И увидела, что ее муж не кто иной, как Амур, прекраснейший из бессмертных богов.

– Но поскольку Психея нарушила условие, она его потеряла.

– Зато после многих страданий вернула мужа, и сама стала богиней, - сказала Медлин с торжествующей улыбкой. - У этой истории счастливый конец.

– Но скольких несчастий можно было бы избегнуть, если бы Психея доверяла мужу и слушалась его!

– Да, но как она могла ему доверять?… То есть, как я могу вам доверять, если вы все время что-то скрываете. Я имею в виду… - Она смущенно умолкла.

Между ней и Анатолем тоже стояла тайна - как между Амуром и Психеей… Вот только Медлин боялась, что ее собственная история, в отличие от греческого мифа, завершится не столь благополучно.

– Это просто древняя сказка, - пробормотала она.

– Я тоже так подумал, когда услышал ее от Фитцледжа, но теперь в этом не уверен. - Анатоль говорил так спокойно и серьезно, что Медлин затаила дыхание. - Вчера я вел себя очень грубо, но, Медлин, сейчас я не могу вам всего объяснить. Могу лишь надеяться, что вы станете мне доверять. Поверьте, я никогда не сделал бы ничего, что могло бы вам повредить.

Он положил руки на плечи Медлин и повернул ее лицом к двери.

– Вы видели фреску над входом?

– Еще бы! - Адский дракон, казалось, не сводил с Медлин злобного взгляда.

– Это копия изображения на гербе Сентледжей. А слова внизу вы заметили?

– Нет.- Медлин привстала на цыпочки. В галерее было почти темно, но она все же смогла разобрать латинскую фразу и неуверенно перевела: - «Обладающий великой силой… должен… должен пользоваться ею мудро».

– Это наш семейный девиз. А теперь и ваш.

– Но я не обладаю никакой силой.

– Обладаете, миледи, и гораздо большей, чем можете себе представить. - Анатоль развернул ее к себе. - Решение в ваших руках. Разумеется, я не могу и не хочу следить за каждым вашим шагом. Дайте мне слово чести, что будете держаться подальше от старого крыла замка.

Теперь Медлин была более, чем когда-либо, уверена, что у ее мужа есть какая-то тайна. Дверь и то, что лежало за нею, казались еще более интригующими, манящими. Но Анатоль смотрел на нее выжидающе, смотрел так, словно она, Медлин, держала в руках его судьбу.

– Хорошо, - наконец проговорила она. - Надеюсь только, что мне не придется клясться на крови.

Впервые за все время губы Анатоля дрогнули в подобии улыбки.

– Нет, достаточно будет вашей руки.

Медлин вложила пальцы в его твердую, сильную ладонь.

– Хорошо. Обещаю не заходить в эту часть замка так долго, как вы того пожелаете.

– Благодарю. - Он склонился, поднес ее руку к губам, поцеловал тонкое запястье. Жар его губ словно прожег нежную кожу, и сердце Медлин учащенно забилось.

Потом Анатоль выпрямился, тряхнул головой, откинув со лба гриву черных волос. Темный огонь, горевший в его глазах, заставил Медлин забыть обо всем - запретных, замках, запертых дверях, пугающих тайнах, Рука Анатоля обвила ее талию.