– Не твое дело, что чувствует моя жена! А теперь, черт возьми, давайте поговорим о чем-нибудь другом!

Под его свирепым взглядом все мгновенно умолкли. Анатоль видел, что Медлин огорчена этой вспышкой - ну да все лучше, чем позволить родственникам уничтожить остатки его гордости. Не хватало только, чтобы они догадались, что он переспал с женой лишь однажды - и то без особого успеха.

К счастью, все вернулись к еде. Даже Мариус, по-видимому, ничего не понял. Только Роман продолжал бросать на Анатоля оскорбительные взгляды и улыбаться своей гнусной улыбкой.

Давняя ненависть к Роману разгоралась с новой силой, когда Анатоль видел, как тот старается очаровать уже оправившуюся от смущения Медлин. Анатоль вцепился в край стола с такой силой, что дерево едва не треснуло. Он понимал, что не может соперничать с Романом или другими светскими людьми вроде расфуфыренного щеголя-француза.

Теперь они вдвоем вовлекли Медлин в разговор о каком-то поэте, о котором Анатоль даже не слыхивал, и он мучился жгучей ревностью, видя, как оживленно говорит Медлин, как ласково улыбается. Ее зеленые глаза горели воодушевлением, и Анатоль с горечью отметил, что она никогда не бывает такой, когда говорит с ним.

Ну конечно, о чем он способен говорить? Только о лошадях, об охоте, о хозяйственных делах. Нет нужды интересоваться чем-то другим, когда изо дня в день обедаешь в обществе гончих собак да лакеев. До сих пор ему не приходило в голову стыдиться своего невежества.

Снаружи загремел гром. Буря приближалась, и Анатоль от всей души надеялся, что этот злосчастный ужин скоро закончится. Более пугливые гости уже давно велели бы закладывать лошадей, но Сентледжей не могла напугать такая мелочь, как молния, а француз, как видно, и не помышлял о том, чтобы встать из-за стола, пока не подали десерт.

Анатоль мысленно выругался, когда Фитцледж предложил выпить круговую за здоровье новобрачных, но как он мог отказаться?

Сияющий Фитцледж встал, поднял бокал.

– За Медлин и Анатоля, - сказал он. - Долгой жизни и большого счастья.

– Долгой жизни и большого счастья, - повторил Зак Сентледж.

– За благоденствие и процветание, - мягко проговорил Мариус.

– Пусть господь благословит их брак многочисленным потомством, - вставил неугомонный Адриан.

– И пусть все беды падут на головы Мортмейнов, - нараспев произнес Калеб традиционный тост Сентледжей.

Анатоль осушил бокал и нетерпеливо поставил его на стол. И тут увидел, что Медлин склонила голову к плечу, а на лице ее появилось выражение, которого он уже научился бояться.

– Кто такие Мортмейны?

– Шайка презренных негодяев, - сказал Адриан. - Они всегда мечтали перерезать всех Сентледжей.

У Медлин округлились глаза, и Анатоль бросил на Адриана предостерегающий взгляд.

– Мортмейны - еще один корнуэльский род, который издавна враждовал с нашей семьей, - поспешно проговорил он. - Не стоит беспокоиться, Медлин. Они все давно мертвы.

– Но если они мертвы, почему же тогда вы призываете беды на их головы?

Вполне резонное замечание, но какого черта Медлин всегда и во всем ищет логику?

– Потому… потому… - растерянно забормотал он.

– Потому, что это еще одна нелепая семейная традиция, - вмешался Роман. В тоне его слышалось откровенное презрение. - То же самое, что наш обычай доверять, кому попало такое важное дело, как выбор будущей жены.

– Придержи язык. Роман, - сказал Анатоль. - Я не позволю оскорблять мистера Фитцледжа.

– Ты меня неверно понял, кузен. Я отнюдь не хотел проявить неуважение к его преподобию.

– Надеюсь, что так, - сурово сказал Пакстон.- В один прекрасный день тебе самому понадобятся услуги Искателя Невест.