— Детектив Мэлоун, вы вооружены? — спросила Грейс, добравшись до кофейника.

— Да.

— Пристрелите меня, пожалуйста.

Лютер замер в нерешительности, но потом повернулся к Грейс спиной, и тихо, чтобы она не слышала, буркнул:

— С удовольствием.

Рэй быстро собрал разбросанную одежду и предложил детективу присесть, что тот и сделал, с нескрываемой тревогой покачивая головой.

Эми, работавшая у доктора Дерборна за стойкой регистрации, широко улыбнулась, когда Грейс наконец-то пришла на работу. Почти к обеду. Грейс не знала, что ее смущало больше, собственное опоздание или то, что Эми услышала, как она шепотом просит Рэя одеться и открыть дверь. После такого придумывать неубедительные оправдания, было бы пустой тратой времени.

И ведь надо же, чтобы утром в дверь позвонил именно Лютер. Недоверчивый, кислый и пронзающий ее острым как кинжал взглядом. Детектив Мэлоун, когда хотел, мог быть неотразимым, но ей в последнее время крайне сильно действовал на нервы. Почему ее вообще заботит мнение этого недовольного мужчины?

Потому что когда-то давно он был ее другом. Потому что разделял с ней некоторые наилучшие моменты жизни и все худшие.

— Я поработаю допоздна, — сказала Грейс, проходя мимо Эми.

Едва очутившись в своем кабинете, она закрыла дверь, что делала крайне редко, сбросила темно-синий пиджак и рухнула на стул.

Рэй высадил ее у офиса, пообещал заехать в пять тридцать и проследил, как она входит в здание. Как обычно, он приедет раньше, а ей, вероятно, придется задержаться, чтобы восполнить утреннее отсутствие. Когда другие работники разойдутся по домам, он вряд ли оставит ее здесь одну. Потребовалась вся ее сила убеждения, чтобы убедить его не следить за ней все двадцать четыре часа в сутки!

Да, прошлая ночь была ошибкой. Она почти не сомневалась, что все выйдет неловко, совсем не прекрасно и достаточно обычно. Поэтому убедила себя, что он ей не нужен, а ее воспоминания ложны.

И она совсем не ожидала настолько потеряться в физических ощущениях и забыть обо всем на свете. Не ожидала, проснувшись, посмотреть в лицо Рэя и моментально убедиться, что все еще любит его, а он ее.

Нет, на самом деле он никогда ее не любил, сердито подумала она, открывая на компьютере платежные файлы и пытаясь сосредоточиться на работе. Если бы он любил ее хоть немного, то не мучил бы так. И предпочел бы ее, а не опасную карьеру, каждый день ставившую его жизнь под угрозу. Когда она просила, умоляла его, он должен был ее послушать.

Почему он уволился? Вопрос, на который он отказался отвечать, изводил ее с тех пор, как она услышала эту новость. Почему? Он любил свою работу и не пожелал уволиться даже ради спасения их брака. Что же все-таки случилось?

Она забыла об открытой ведомости и приступила к собственному небольшому расследованию.

Предупреждение Лютера не вмешиваться в расследование было в лучшем случае не ультимативным, поэтому Рэй не испытывал никаких угрызений совести, припарковывая автомобиль на стоянке у «Систем Лэнфорда».

Почему детектив по расследованию убийств больше озабочен, с кем спит бывший напарник, нежели нераскрытым делом? Лютеру не понравилось, что Рэй расспрашивал Хизер Фармер, но по-настоящему он взбеленился, только обнаружив его в постели Грейс.

Будто бы Рэй сам не мог разобраться со своей личной жизнью. Он не ребенок и не собирается позволить женщине — любой женщине — снова ввести его в штопор.

Он отбросил мысли о Грейс и вчерашней ночи и взглянул на возвышающееся перед ним здание из красного кирпича. Это место пахло деньгами и властью, его прямо-таки окружала аура снобизма. В своих джинсах, футболке и хлопковой расстегнутой рубашке, Рэй определенно сюда не вписывался. Улыбаясь, он вышел из автомобиля.