«Две недели рядом с Гейбом».

Эта мысль так ее обрадовала, что в какую-то секунду Стефани захотелось броситься Маку на шею.

Она с трудом удержала себя.

— Спасибо, Мак. Вы даже не представляете, что это все для меня значит, — взволнованно пробормотала она. — Я буду трудиться не покладая рук. Да, я забыла спросить. Где ночуют рабочие?

— В нашем бомбоубежище, чтоб не пустовало без дела.

— Там только одна комната?

Он смутился. Это было слишком для обычного управляющего ранчо. Но хотя Мак с малых лет зарабатывал на жизнь тяжелым ковбойским трудом, по натуре он был настоящим джентльменом. Она даже не представляла, насколько это редкое сочетание. Гейб знал, что делал, когда нанял его для работы с трудными подростками.

— Не беспокойтесь ни о чем, Мак. Я найду себе здесь жилище. Увидимся в семь.

Стефани заторопилась к дверям, озабоченная тем, как бы поскорее доехать до Калиспелла, чтобы обзавестись подходящей одеждой в каком-нибудь магазинчике. Она уже подходила к своей машине, когда увидела, как к ней радостно кинулось лохматое коричнево-белое создание и, набросившись на нее с приветственным лаем, повалила в снег.

— Кловер! — Стефани расхохоталась, а дружелюбная колли принялась лизать ей лицо. Стефани так обрадовалась, что, ничего не замечая, стала возиться с собакой. Так продолжалось несколько минут.

Когда она случайно обернулась, то увидела напряженное лицо Гейба. Тот спешил к ней, одетый в свои извечные джинсы и фланелевую рубашку, которая неплохо защищала от холода. В следующее мгновение он уже стоял рядом и помогал ей подняться на ноги.

На фоне лавандового неба его черные волосы и пронзительные зеленые глаза, смотревшие как бы поверх нее, показались ей чудом: она в жизни не видела такой совершенной мужской красоты.

— Все в порядке?

Глубокий ровный тембр его голоса подсказывал ей, что он не собирается здесь долго задерживаться.

Стефани разволновалась, потому что опять осталась с ним наедине. Она не совсем понимала, как ей теперь себя вести, и поспешила его успокоить:

— Я в порядке… Мы оба чувствуем себя замечательно, не так ли, Кловер? — Стефани потянулась, к колли, как к спасательному кругу: ей не хотелось, чтобы Гейб догадался, как волнуют ее его прикосновения.

— Когда ты намерена отсюда уехать?..

Стефани ждала этого вопроса и заранее испытывала ужас. Когда она повернула лицо к Гейбу и пригляделась к нему, то вдруг заметила, что он не надел куртку.

— Я хотела поговорить с твоим управляющим.

Марва подсказала мне, что я могу найти его в конюшне, если поднимусь пораньше.

Гейб нахмурился и сжал челюсти.

— И каков результат? — застыв, спросил он.

Чувствуя, как ее всю колотит от нервного возбуждения, она прошептала влажными губами:

— Он согласен взять меня в качестве ученика на две недели, — запинаясь, ответила Стефани. — Если я выдержу испытание, он меня оставит.

Последовала зловещая тишина. Наконец он спросил:

— А что ты будешь делать?

— Чистить денники.

Гейб дернул головой, и с его губ сорвалось нечто невнятное, чего она прежде никогда не слышала.

Уязвленная его реакцией, она сказала:

— Мак, очевидно, больше верит в мои способности, нежели ты.

На лице Гейба появилась холодная улыбка. Он смерил ее с ног до головы весьма откровенным взглядом.

— Он нанял тебя вовсе не из-за веры в твои способности, дорогая.

Гейб был явно рассержен. Таким разгневанным Стефани никогда его прежде не видела.