|
Вдоль стен теснилось около сотни нарядных дамочек, которые томно обмахивались веерами и делали скучающие мины. К ним поминутно подбирались кавалеры и, получив нелестный отзыв, исчезали, уступая место новым. Окна арки дворца были ярко освещены, и сквозь них доносились пронзительно-нежные, волнующие ароматы розовых кустов и огромных раскидистых жимолостей.
— Первый танец, — отметила стоявшая рядом со мной княгиня. — Вовремя приехали: не слишком рано и не поздно.
— Какая роскошь! — не без зависти шепнула мужу еще одна миловидная мадам, осматривая с ног до головы фаворитку короля. — А ведь Аинор, представь себе, до сих пор холост!
— Господи, о боги! У вас, женщин, только одно на уме, — с усмешкой проворчал усатый мужчина в дорогом одеянии. — Опомнись, наша Париасса еще совсем дитя.
— Какие ты говоришь глупости, Майрах! Мне даже слушать тебя смешно, ей-богу…
Краем уха я слышала разговор высокородных гостей и едва могла скрыть улыбку, но смысл частично терялся и не доходил до меня. Имя короля на мгновение резануло слух, но я тут же взяла себя в руки и постаралась абстрагироваться от всего происходящего. Чем меньше я думаю о собственной участи, тем лучше. Все мои мысли были заняты только предстоящим объявлением, о том, хорошо ли меня примут в обществе, и не убьет ли меня новоявленный жених на месте. Я вдруг почувствовала, что от волнения у меня начинают дрожать колени, и захотелось немедленно убежать, спрятавшись в пучине царства мертвых. Но тут сверху донеслись чарующие звуки вальса, и неуместное желание тотчас сменилось другим — поскорее миновать официальное мероприятие и оказаться среди танцующих пар, затерявшись в водовороте первого в моей жизни бала.
Наконец-то закончились кружевные и витиеватые речи распорядителя, и моему взору предстал король со своей спутницей во всем их великолепии. Теперь их освещали сотни магических огоньков, которые красиво очерчивали их фигуры нежным оттенком волшебства. Пораженная увиденной красотой, я остановилась и, не отрываясь, следила за ними. Казалось, я попала в волшебную сказку — настолько прекрасным выглядело здесь все, и так гармонично смотрелась пара в этом переливе света.
Зала была темно-персиковой с белыми мраморными колоннами, с огромными зеркалами, с высоким бледно-розовым потолком, расписанным цветочными гирляндами и фигурками пляшущих крылатых карапузов с золочеными инструментами. В роскошных люстрах и бра переливался всеми цветами радуги магический хрусталь под воздействием световых чар. И в центре всей этой красоты, по светлому паркету плавно и неторопливо шла самая величественная пара сегодняшнего вечера. Элегантный король в дорогих рубиново-красных одеждах и сверкающая золотом тканей и блеском искусно сделанных подделок очаровательная и такая хрупкая фаворитка с неизменной болонкой на руках. Это немного успокоило и примерило меня с реальностью.
Протиснувшись сквозь толпу, главный распорядитель поправил рукава и встал рядом с главной парой бала. Я узрела, как король торжественно повел рукой, на правах хозяина дома окинул зал добродушно-внимательным взглядом, сказал несколько ничего незначащих слов и махнул рукой. Но что это были за слова, я даже не поняла: мне не терпелось оказаться как можно дальше отсюда. Все мое естество протестовало и требовало немедленно сбежать, куда глаза глядят.
Музыка смолкла, и зала наполнилась приглушенным шумом разговора. Я встрепенулась и начала понемногу приходить в себя. Прелестная картина утратила расплывчатость, лица окружающих перестали сливаться в одно. Вейна нигде не было видно и, возможно, мне удастся избежать главной участи этого мероприятия. Становиться шутом и ублажать взор гостей — не моя работа.
— Однако куда же подевался наш дорогой Вейн? — услышала я недовольный голос молоденькой герцогини из семьи министра. |