– Где Кейт? – спросил он мягким голосом, в котором таилась опасность.

– Она уехала, – судорожно ответила Жасси; сейчас, когда все закончилось, у нее подкашивались ноги, и она с трудом удерживалась от слез. – На этот раз навсегда. Никто из нас ее больше не увидит.

Его подбородок напрягся, глаза засверкали.

– Итак, она уехала, а ты все равно прибежала, чтобы все разрушить из злости и ненависти. Ты мне противна!

Он оттолкнул сестру и направился к выходу. Она пошатнулась и с криком, громко прозвучавшим в тишине церкви, упала между скамейками, ударившись головой и раскинув ноги в задравшихся белых юбках. Гарри, такой же разгневанный, как и его брат, бесцеремонно поднял ее и усадил на скамью. Пока священник подавал ей стакан воды, Гарри догнал Дэниэла уже у самой двери, схватил его за руку и заставил остановиться.

– Ты всегда думал, что можешь подчинить себе любого! – яростно крикнул Гарри брату, чье лицо до неузнаваемости исказил гнев. – Тебе всегда доставались сливки. Отец любил тебя больше, чем меня, мать испортила тебя, и даже Джим, появившись в поместье, выбрал именно тебя для тренировок. Ты даже Кейт у меня забрал, только из-за тебя она снова уехала. Моя потеря неизмерима!

Дэниэл схватил Гарри за горло.

– Ты осмелился говорить мне о потере! – взревел он. – Ты осмелился!

Он убрал руку, оттолкнул задыхающегося брата и вылетел из церкви так же быстро, как и Клодина.

Кейт проехала много миль. Когда наступил вечер, дилижанс въехал во внутренний двор большой гостиницы, где пассажиры получили возможность переночевать. Так как Кейт купила билет на дешевые места на крыше, то подумала, что ни один корабль на море не подвергается такой качке, как дилижанс на дороге. Ее не тошнило, но каждая мышца ныла, и после скромного ужина оно позволила себе такую роскошь, как принять горячую ванну. Полежав в теплой воде, женщина почувствовала себя освеженной и провела много времени перед зеркалом, расчесывая волосы, пока они не заструились по ее плечам как серебристый шелк.

Ванну с водой уже унесли, и Кейт собралась ложиться спать, когда вошла вторая горничная с грелкой в руках.

– Я заставила вас ждать? – беспокойно спросила девушка, откидывая покрывало и засовывая теплую грелку между прохладными простынями.

– Нет, вы пришли как раз вовремя.

Кейт сняла халат и положила его на стул.

– Благодарю вас. – Служанка снова расстелила простыни, чтобы сохранить тепло. – Мне кажется, скоро сюда поднимется ваш муж.

Кейт удивленно посмотрела на нее, не веря своим ушам.

– Что вы сказали?

Стоя уже у самых дверей, горничная оглянулась.

– Когда я проходила мимо холла, я слышала, как какой-то джентльмен интересовался, не остановилась ли здесь его жена, миссис Кейт Уорвик. Это ведь ваше имя?

Кейт побледнела.

– Возможно, здесь живет еще одна женщина с таким именем.

Горничная равнодушно пожала плечами и вышла. Тяжело вздохнув, Кейт взяла верхнюю простыню и откинула ее. Это совпадение. Иного объяснения она не находила. Вдруг дверь распахнулась, вошел Дэниэл с мрачным сердитым лицом и тяжелым странным взглядом. Он намеренно громко хлопнул дверью, закрывая ее.

– Итак, Кейт, – резко сказал он, мы теперь с вами законные супруги.

Она задохнулась от страха и соскользнула с кровати, босая и в одной ночной рубашке, пытаясь взять халат со стула, но он шагнул вперед и преградил ей дорогу.

– Как вы узнали? – прошептала она, отходя к изголовью кровати.

Он отбросил в сторону шляпу и хлыст, который держал в руках, и начал расстегивать пальто.

– Эта сказка может подождать. Достаточно того, что правда открылась, и обручальное кольцо, которое вы продолжаете носить на пальце, имеет полное право там находиться.