«Ну и прекрасно», — раздраженно подумал Дэрмот, потому что тоже не верил им. Он не верил, что год назад был настолько глуп, что женился на девушке, у которой есть восемь здоровенных рыжих братьев, один злее другого. Вопреки твердой уверенности Джиллианны, что Камероны не лгут, Дэрмот впервые за все время не верил интуиции своей невестки. Не хотел верить.

И хоть это было по-детски и проблем отнюдь не решало, но Дэрмот всем сердцем хотел, чтобы они поскорее ушли. Он хотел, чтобы снова вернулась его покорная, спокойная невеста, на которую так легко можно было не обращать внимания, Одного взгляда на рыжеволосую Илзу хватило, чтобы понять: эта огненная девица не будет ни покорной, ни спокойной, а уж игнорировать себя не позволит ни за что. Да и братья Илзы не удовлетворятся тем, чтобы просто пожать ему руку, поздравляя с удачным союзом, и держаться в стороне. Дэрмот внимательно рассматривал родственников своей новоиспеченной жены, некоторые из них приходились ей кузенами. Похоже, если Илза захочет, ей не составит труда созвать целую армию, и она в два счета сотрет Клачтром с лица земли, и главное — это будут только ее сородичи. Дэрмот чувствовал, что этих Камеронов связывают очень крепкие узы, что они готовы перегрызть друг за друга глотки, пожертвовать жизнью ради родных. Этим и объясняется их ярость, которая не остыла даже сейчас, когда он женился на их сестре, как они и требовали.

— Дэрмот!..

Дэрмот медленно повернулся к дверям огромного зала, удивляясь тому, как одно его имя, произнесенное резким голосом, может погрузить в тишину такое большое помещение. Он увидел Илзу, и его внезапно обуяло такое жгучее желание, что Дэрмот перестал дышать. Он видел — она в ярости. По правде говоря, Дэрмот впервые в жизни видел женщину в ярости. Он удивился, почему это так возбудило его и, что еще более странно, даже заставило улыбнуться. В голосе Илзы отчетливо слышался гнев. Если у него есть голова на плечах, то сейчас самое время бежать от нее со всех ног.

— Ублюдок! — прошипела она. — Лживый, развратный ублюдок! Грязный распутник! Ты хуже отбросов, выброшенных на помойку!

— Советую всем пригнуться! — крикнул один из Камеронов.

Дэрмот слышал, как все сидящие за столом лихорадочно заерзали, а значит, приняли надвигающуюся угрозу всерьез. В каком-то оцепенении он наблюдал, как Илза медленно подняла кувшин, который держала в руках.

До Дэрмота дошло, что она собирается бросить кувшин в него, только в тот момент, когда она это сделала.

Внезапно Коннор схватил Дэрмота за руку и резко дернул в сторону. Кувшин, пролетая над стулом, на котором Дэрмот только что сидел, слегка задел спинку, после чего с невообразимым грохотом упал позади стола и разбился вдребезги.

Когда Дэрмот поднялся на ноги и посмотрел туда, где только что была его жена, Илзы и след простыл. Камероны дружно уставились на него, и Дэрмот решил, что это ужасно несправедливо. В конце концов, не он же здесь только что ругался и швырялся кувшинами.

— Она, наверное, расстроилась после встречи с моими детишками, — пояснил Дэрмот и быстро приложился к своему кубку, чтобы остальные не заметили его растерянности.

— Какими детишками?! — проревел Сигимор.

— Моей дочкой Эллис, единственным ребенком, которого родила мне моя бывшая жена, и пятью остальными.

— Пятью? Пятью ублюдками?

— Я не люблю это слово.

— А зря. Советую тебе привыкнуть к нему, потому что, как я подозреваю, слышать тебе его придется довольно часто. И относиться оно будет отнюдь не к.