— А на самом деле проблема в том, что вокруг нее слишком много любящих родственников мужского пола, — пробормотала Джиллианна.

Сигимор кивнул:

— Да, и так было всегда. Мы все очень любим малышку. Рано или поздно она все равно влюбилась бы, но нам не хотелось, чтобы она подцепила какого-нибудь оборванца, который бросил бы ее одну, без средств к существованию, да к тому же с разбитым сердцем. Мы всегда тщательно проверяли тех мужчин, которые пытались подкатиться к Илзе, но все, как правило, заканчивалось тем, что они трусливо поджимали хвосты и сбегали. К несчастью, когда она познакомилась с тобой, нас поблизости не оказалось. — Сигимор кивнул в сторону Дэрмота. — А когда мы подоспели, было уже поздно: ты, прохвост, завладел ее сердцем и телом. Ха! Я и пятеро моих братьев застали вас за тайной встречей в лесу. По правде сказать, мы чуть на вас не наехали. Мы сразу поняли — ты лишил ее невинности. Атак как Илза не позволила нам убить тебя, мы потребовали, чтобы вы поженились.

Когда Джиллианна закрыла лицо руками и ее плечи беззвучно затряслись, Сигимор нахмурился.

— Все было не так плохо, миледи. Пострадала только гордость лэрда Дэрмота и больше ничего. Хотя я, правда, считаю, что он заслуживал хорошей порки. И сейчас заслуживает.

Джиллианна подняла голову и посмотрела на Сигимора. Она не плакала, а смеялась.

— Я не расстроилась, Сигимор. Я просто вдруг поняла, так вы догадались, что Илза собирается швырнуть тот кувшин и почему метила она именно в Дэрмота.

— Да, иногда мы раздражаем эту девчонку, — ответил Сигимор и ухмыльнулся.

— Но почему мы обручились? Что, не было священника поблизости?

— Ни одного. Местный умер за месяц до того, как в наши края явился ты.

— Он умер в постели своей любовницы, — добавил Камерон. — По правде сказать, он умер прямо на ней, и привести его потом в божеский вид для похорон было делом нелегким, скажу я вам, — ухмыльнулся он. — Пришлось даже…

Он так и не договорил, потому что Ранульф легкой затрещиной свалил беднягу со стула.

— Простите, миледи, — покраснел Сигимор, не обратив ни малейшего внимания на завязавшуюся между его братьями небольшую потасовку, которая окончилась сразу же, как только Тамас сел на свое место. — Мальчишке всего девятнадцать, и он еще не набрался хороших манер.

— Все в порядке, — произнесла Джиллианна трясущимися от смеха губами. — Итак, вы рассказывали о том, почему они обручились…

— Да. Мы дали любовничкам время привести себя в порядок, а потом потащили их на постоялый двор, где разыскали своего кузена Лайама. Потом мы скрутили жениха и послали за моим братом Гилбертом. — Он кивнул в сторону огромного крепкого молодого человека с огненно-рыжими волосами и голубыми глазами. — Он сидел верхом на Дэрмоте, пока мы с Лайамом обсуждали, что нам делать дальше.

Дэрмот сгорбился на своем стуле и сделал вид, что у него пересохло в горле. Интересно, эта история так и будет все более и более позорить его? Однако он заставил себя слушать очень внимательно. Потом это поможет поймать одного из Камеронов на лжи. Дэрмот отважно игнорировал тихий внутренний голос, твердивший, что все это — правда, что никто не станет выдумывать такую запутанную и нелепую историю, если боится, что его могут уличить в обмане.

— А что, этот Лайам мог как-то помочь? — спросила Джиллианна.

— Да, — ответил Сигимор. — Он некоторое время провел в мужском монастыре. Лайам — парень весьма остроумный и очень много знает. А из монастыря ему пришлось уйти, потому что обет безбрачия оказалось соблюдать намного сложнее, чем он мог предположить.