Изменить размер шрифта - +
Даже у нормального человека за его жизнь раз или два возникают суицидальные идеи. Но дальше за этой идеей ничего не следует. И это хорошо для человека разорвать цепь между суицидальным намерением и попыткой. Бывает, что после неисполненного самоубийства человек начинает буквально жить заново и гораздо успешнее и лучше, чем до этого. Начинает ценить жизнь, близких, друзей, окружающий мир.

Но не у всех это бывает. Иногда человек заблуждается и ошибочно считает, что у него нет выхода из сложившейся ситуации, и намеренно лишает себя жизни. Еще страшнее, когда уводит за собой в могилу и своих близких: детей, жен, сожительниц.

Есть эгоистические самоубийцы. Индивидуумы, склонные к такому виду самоубийству, предоставлены самим себе, их мало что связывает с окружающим миром, они не зависят от людей, по сути, они — одиночки.

Альтруистическое самоубийство, напротив, совершается тогда, когда человек тесно связан с другими людьми, коллективом и готов пойти ради него на все. Сюда относятся самоубийства от сильной любви. С потерей объекта обожания и вожделения — теряется и смысл жизни такого человека. Значит добровольная смерть. Если никто не отговорит самоубийцу в такой момент. Но такие альтруистические самоубийцы иногда превращаются в не совсем альтруистических: перед тем как убить себя они убивают возлюбленную. История о Ромео и Джульетте — пример альтруистического суицида.

Аномические самоубийцы — это те люди которые не могут рационально справиться с трудностями и решают эту проблему с помощью суицида. Это происходит, когда внезапно и шокирующее меняются отношения индивида с обществом. Изгой общества, ставший самоубийцей это из этой оперы. Фаталистическое самоубийство, обычно вызывается чрезмерно строгим контролем над личностью и её свободой. Жертва не видит перед собой будущего.

Как это все подходят к нашей героине — "Бухенвальдской ведьме".

Первое. Жизнь перестала представлять для нее какую-нибудь ценность.

Второе. Тюрьма Айбах честно выполнила свою функцию по строгому и чрезмерному контролю, она ограничивала личную свободу маньячки.

И третье. У фрау Кох тоже не было будущего. Она явно его не видела. Ей надоело гнить в этой тюрьме. Ждать смерти двадцать — двадцать пять лет? Это мучительно долго. Нет, это не жизнь, когда умираешь морально.

Эльза всегда любила жить, хотя лишала жизни других. И никогда не понимала, почему люди кончают жизнь самоубийством. Вот так взять и лишить себя жизни добровольно. Как к ним приходит эта идея? В какой день, в какой час? Может это голос с небес взывает: мол, пора, дорогой друг, заканчивать свой путь. Засиделся что-то ты на земле. Она до сегодняшнего дня не понимала, а теперь поняла. Просто когда-то наступает тот момент, когда неожиданно приходит ясное и твердое решение — жить больше нет смысла. И человек соглашается с этим потусторонним решением.

Эльза закрыла глаза и глубоко вздохнула… Фаталистическое самоубийство так фаталистическое. Как его не обзови, жизненный итог один и тот же — смерть.

Жить больше нет смысла.

Эльзе стало легко на душе от этого решения. Это и есть достойное завершение своего существования. Раз — и отмучиться навсегда. Не будет ни прощального письма, ни записки. Она не будет каяться, не будет просить прощения у своих жертв, она никогда не жалела в своей жизни ни о чем. Она была примерным солдатом и верно и преданно служила Рейху и своему вождю — Адольфу Гитлеру. Она честно исполняла свой долг. И если она где-то перестаралась, то это можно списать на войну. На войне все жестокие и беспощадные. Недаром в ее досье в гестапо было написано: "беспощадна к врагам Рейха".

Солдат, как велит долг, должен умереть в бою, а не сгнить в тюрьме. Или пристрелить себя, чтобы не мучиться. А раз нет ее любимого укороченного "Вальтера П-38" — то сгодиться и простынь.

Кох вяло доела шницель, поклевала картошки и отодвинула тарелку в сторону: заберет надзирательница.

Быстрый переход