Мисс Чалонер засмеялась, но, тут же оборвав смех, пошла к двери, которую подбежавший мистер Комин открыл перед нею. В коридоре стояла целая толпа слуг, собрались все: хозяин гостиницы и его жена, две горничные, кухарка, три конюха. Они столпились у двери и явно подслушивали, заинтригованные происходившим в гостиной. Когда дверь неожиданно распахнулась, они сначала так и остались стоять с глупо разинутыми ртами, как в немой сцене;

потом поспешно разбрелись в разные стороны.

Мистер Комин иронически заметил, что еще никогда в жизни не был объектом столь явного интереса, но, поскольку он говорил по-английски, никто его не понял. Хозяин начал было громко выражать возмущение по поводу того, что в его приличном заведении происходят такие скандалы, но маркиз, повернув голову в сторону двери, одной краткой, но выразительной французской фразой поставил его на место. Смутившись, испуганный хозяин с поклоном принес извинения и испарился.

Тем временем мисс Чалонер, быстро пробежав мимо слуг по коридору, вышла в общую столовую, откуда лестница вела на второй этаж. И тут же от входной двери послышался чей-то громогласный веселый голос, сказавший по-английски:

– Гори огнем это место! Куда все подевались? Эй, кто-нибудь?

Мисс Чалонер увидела в дверях высокого господина средних лет, из-под его распахнутого дорожного плаща выглядывал роскошный камзол пурпурного бархата с золотым шитьем и шелковый жилет с цветочным узором. Он, по-видимому, не успел еще заметить мисс Чалонер, а она, смущенная своим растерзанным видом, отпрянула обратно в плохо освещенный коридор и прижалась к стене. Хозяин, услышав крики приезжего господина, поспешил навстречу важному гостю. Он пробежал мимо мисс Чалонер, не заметив ее, и был встречен разгневанной тирадой по-французски: гость желал немедленно знать, какого дьявола в этом месте все вымерло так, что поблизости не оказалось даже грума.

Хозяин было пустился в пространные извинения, но их поток был прерван появлением леди с волосами медно-красного цвета, в платье из зеленой тафты; одной рукой она придерживала у горла накидку с капюшоном.

– Здесь не так уж и вымерло, – заявила она уверенно, – потому что я слышу голос моего сына. Я тебе всегда говорила, что мы найдем его, Руперт. Как хорошо, что мы поехали в Дижон.

– Разумеется, он здесь! Я только что видел его карету, – ответил лорд и обратился к хозяину: – Говори немедленно, где здесь английский господин?

Мисс Чалонер испуганно схватилась за щеку своим любимым жестом. Маленькая величественная леди не могла быть никем иным, как только матерью маркиза Вайдела. Девушка торопливо огляделась в поисках укрытия и, заметив неподалеку дверь, отворила ее и оказалась в помещении, похожем на кладовую.

В это время хозяин пытался объяснить приезжим, что в доме много английских господ, и все они или дерутся на дуэли, или валяются в истерике. Мисс Чалонер слышала, как лорд Руперт сказал:

– Что такое? Драка? Какие могут быть сомнения? Вайдел, конечно, здесь, клянусь всеми святыми! Ну, я рад, что, по крайней мере, мы забрались в эту дыру не напрасно. Послушай, Леони, если твой сын сейчас в таком настроении, то нам лучше пока не показываться ему на глаза.

Ответом герцогини на этот совет было категорическое требование немедленно отвести ее к сыну, и хозяин, совершенно сбитый с толку, недоумевая, почему такому количеству высокопоставленных странных англичан понадобилось навестить именно его гостиницу, лишь беспомощно всплеснул руками и повел вновь прибывших господ в гостиную.

Мисс Чалонер услышала из своего укрытия, как маркиз воскликнул:

– Громы и молнии, да это моя мать! И Руперт здесь! Какой черт вас сюда принес? Лорд Руперт ответил:

– Вот это забавно, малыш, клянусь, это просто здорово!

Потом снова донесся ясный и отчетливый голосок герцогини:

– Доминик, где эта девушка? Почему ты сбежал с Джулианой? Что ты сделал с той, Другой, которая мне ужасно не понравилась, по правде говоря, я нахожу ее отвратительной особой.