Однако, вместо того чтобы допросить глубинного гнома, Лелиана сделала нечто неожиданное. Она раскрутила меч над головой, пока тот не загудел в воздухе. Потом она остановила клинок над головой Флиндерспелда.

— Скажи мне, как твой хозяин заполучил амулет Эйлистри, — приказала она.

К'арлайнд выругался. Лелиана явно сотворила над его рабом заклинание, и маг Меларн мог предположить, каковы будут его последствия. Когда Флиндерспелд открыл рот, чтобы ответить, маг снова попытался проникнуть в разум гнома. Наконец-то у него получилось. Магический щит, поставленный жрицами между двух колец, потерял силу. К'арлайнд услышал, как Флиндерспелд мысленно повторяет историю, заученную перед тем, как они пошли в портал. Гном собирался сказать, будто видел, как жрица Эйлистри дала амулет его хозяину, но слова никак не шли на язык. Вместо этого глубинный гном начал бормотать что-то совершенно не то.

— Мы нашли подвеску среди обломков. Хозяин велел мне сказать…

Вне себя, К'арлайнд подчинил себе тело раба. Челюсть Флиндерспелда захлопнулась так стремительно, что зубы прикусили язык. Маг заставил лицо глубинного гнома изобразить улыбку, чтобы не дать ему скривиться от жгучей боли.

— Говоритьвсем… что… он… нашеламулет. Жрица… сказалачтоона… не… хочетчтобыкто-то… знал… что-она… пришлав… Ч-Ч-Чед… Нас-Нас…

К'арлайнд нахмурился. Почему это дается ему с таким трудом? Даже несмотря на заклинание правды, он должен быть в силах управлять Флиндерспелдом, однако слова то застревали у гнома на языке, то в следующий миг извергались сплошным потоком. И одновременно разум раба вопил, точно шрикер, тщетно сопротивляясь контролю над его телом в попытке выболтать всю правду.

Роваан уставилась на Флиндерспелда, открыв рот. Лелиана соображала быстрее.

— Он под контролем мага, — прошипела она напарнице. — Он должен быть где-то рядом. Найди его.

Роваан прикоснулась к своему кулону, шепча слова молитвы.

К'арлайнд выскользнул из сознания Флиндерспелда. Глубинный том продолжал бубнить, завершая свой ответ на вопрос Лелианы, но его хозяина больше не волновало, что он наговорит жрицам. Все уже было испорчено, а если Лелиана сумеет применить свою магию правды к К'арлайнду и узнает, что тот сделал, дела станут еще хуже. Убийство их подруги-жрицы, пусть даже случайное, — такого не простит ни одна женщина-дроу.

Надежды К'арлайнда на встречу с Квили сгорели разом, будто паутина, подожженная пылающим факелом. Пора было заканчивать эту маленькую прогулку по Верхнему Миру и возвращаться в Чед Насад.

Но не без своего раба. Который стоял на удивление смирно, вместо того чтобы потихоньку отступать, как обычно, когда возникали проблемы.

К'арлайнд выругался, поняв, что Флиндерспелда, должно быть, удерживает магия. Он помедлил мгновение, ровно столько, сколько понадобилось, чтобы застегнуть ремень на талии, потом телепортировался к глубинному гному. Следующая быстрая телепортация…

— Есть! — воскликнула Роваан, указав прямо на него поверх потрескивающего пламени. Заклинание Роваан позволило ей видеть его, но не очень отчетливо. Маг Меларн прижал невидимую ладонь к голове раба и произнес слово, которое перенесет их обоих в…

И ощутил, что тело его окостенело. Потеряв равновесие, он упал ничком. Он тяжело грянулся о землю возле Флиндерспелда, едва не угодив лицом в огонь. Земляной дух опавших листьев заполнил его ноздри.

Он услышал пение Роваан. И внезапно снова увидел собственный нос. Его невидимость была рассеяна.

Лелиана перекатила его навзничь и ткнула в плечо острием меча, нанеся неглубокую рану. Если бы мог, К'арлайнд взвизгнул бы.

— Ты недоумеваешь, что же случилось, — заметила Лелиана с улыбкой.