Высокий плотный мужчина в легком деловом костюме вальяжно восседал на одном из хрупких стульев, он попыхивал сигарой, будто выказывая презрение к штампам. Когда Грофилд приблизился, Данамато вытащил сигару изо рта и оглядел его, как работорговец, оценивающий вновь прибывший товар.
Грофилд остановился по другую сторону стола.
— Ли Джей Кобб, я полагаю? — спросил он.
— Данамато, — поправил Данамато. — Би Джи Данамато.
— Грофилд, — сказал Грофилд. — Эй Джи Грофилд.
— Садитесь. — Данамато махнул сигарой. Грофилд сел. — Мы будем завтракать?
Судя по косым лучам солнца, было часов девять утра.
— Забудьте о завтраке, — сказал ему Данамато. — Вы не заживетесь и даже не успеете почувствовать, что проголодались.
— Это уже лучше, — ответил Грофилд. — Вы уверены, что ваша подставка сработает?
Данамато посмотрел на него, насупив бровь.
— О чем это вы?
— Если вы передадите меня властям, — объяснил Грофилд, — то, быть может, мне удастся заронить в чей-нибудь разум сомнение. Но если вы сдадите меня мертвым, убитым при попытке к бегству, это и подавно заставит кое-кого задуматься. Данамато растерянно и раздраженно покачал головой.
— Сдать вас властям? Вы с ума сошли! Грофилд, в свою очередь, тоже насупил бровь.
— Так это не подставка?
С минуту они изучали друг друга, ни тот, ни другой ничего не понимал. Наконец Данамато хлопнул ладонью по столу и воскликнул:
— Ах, вон в чем дело! Вас подставили!
— Похоже на то, — сказал Грофилд, хотя теперь уже не был уверен в этом, — Это зависит от точки зрения, — ответил Данамато. — И кто же, по-вашему, обстряпал подставку?
— Вы, — заявил Грофилд. Данамато был:
а) удивлен и б) сердит.
— Что? И как же вы ухитритесь впутать сюда меня? Неужели вы думаете, я не знаю… что вы задумали?
— Харри — ваш человек.
— Разумеется, мой.
— Он ждал, пока появится козел отпущения, — заявил Грофилд. — То есть я.
— Для чего?
— Чтобы исполнить ваш приказ, — ответил Грофилд. — Убить вашу жену и пришить это дело мне, чтобы не возникало никаких неудобных вопросов. Данамато долго смотрел на него, лицо его при этом ничего не выражало. Потом он медленно покачал головой и, сдерживая ярость, выбросил сигару. Теперь ему пришлось наставить на Грофилда палец.
— Я хотел сначала побеседовать с вами, — сказал он. — Я хотел спросить, почему вы это сделали. Попытаться понять вас. Но вы меня удивляете.
— Я рад, — сказал Грофилд.
— Вы приходите сюда и травите безумные байки. Вы и впрямь спятили?
— Нет, — ответил Грофилд.
— Тогда зачем же вы норовите вывести меня из себя?
— Я и не знал, что делаю это.
— Я любил жену! — Данамато простер руки и поднял к небу злобный взгляд. — Белл! — крикнул он. Эхо замерло, а руки так и остались растопыренными. Данамато перевел взгляд на Грофилда и тихо добавил: — У всех супругов случаются недоразумения.
Грофилд уже ничего не понимал. Стал бы Данамато убеждать его в своей невиновности, кабы и впрямь был виновен? Какой в этом смысл?
— Ваша жена думала, что вы хотите убить ее. Это было недоразумение? — спросил он.
— Белл преувеличивала, — ответил Данамато. |